«Брэкс, ФЭС, пэкс» или юридическое поражение

Закончились мои четырёхмесячные препирательства с Нацкомиссией по государственному регулированию в сфере энергетики, к которым на последнем этапе (в начале месяца) я подключил правительство в лице Министерства энергетики и угольной промышленности и Верховную Раду.

Напомню, что весной текущего года я предпринял попытку разобраться в проблеме создания на своём участке фотоэлектрической электростанции (ФЭС), более известной как солнечной электростанции (СЭС), но был остановлен непонятным мне требованием о предоставлении в Киевоблэнерго документа, подтверждающего приём моего дома в эксплуатацию. На мой запрос в НКРЕКП я получил неубедительный ответ, а на повторный запрос — вообще отписку, смысл которой сводился к тому, что «тебе уже всё было сказано, поэтому сиди и не отсвечивай».

После этого я подключил «тяжёлую артиллерию», и получил ответы, которые меня опять не удовлетворили, поскольку доказывали необходимость приёма дома в эксплуатацию, но не оставили повода для дальнейших кляуз.

Если втиснуть в пару абзацев содержание трёхстраничных ответов, то всё сводится к тому, что договор купли–продажи электроэнергии по «зелёному» тарифу заключается в отношении «электрической энергии, произведенной из энергии солнечного излучения … генерирующими установками частного домохозяйства». Частным домохозяйством считается объект бытового потребителя, а уже сам объект определяется как «жилой дом (часть дома), квартира или строение, расположенные по одному адресу и принадлежат одному физическому лицу или нескольким физическим лицам на правах собственности или пользования».

Несмотря на то, что участок, на котором осуществляется строительство дома принадлежит мне (все документы оформлены), строительство ведётся законными способом, формально дом мне не принадлежит, то есть, не оформлен как моя собственность: юридически он станет моей собственностью и жилым только после приёма в эксплуатацию.

Мне только непонятно, почему нельзя было сразу (ещё в марте) расставить все логические акценты и потребовалась изнуряющая и нервная переписка?

«Брэкс, ФЭС, пэкс» или продолжение юридических упражнений

Получил ответ из НКРЕКП, — Нацкомиссии по государственному регулирования в сфере энергетики и коммунальных платежей, — на свою жалобу–запрос по поводу СЭС–ФЭС и, как говаривал одни знакомый земляк–южанин, «я с них просто улыбаюсь».

Во–первых, «ответчик» сделал вид, что двух запросов, предшествовавших бумажному заявлению, просто не существовало. Во–вторых, основная масса текста письма заполнена пространными цитатами определений, которые используются в «Правилах продажи, учёта и расчётов за выработанную электрическую энергию из альтернативных источников энергии объектами электроэнергетики частных домохозяйств» (постановление НКРЕКП №290 от 25.02.16).

Читать дальше...

Отдельные слова и группы слов выделены полужирным, курсивным и подчёркнутым шрифтами (оригинальный текст «Правил» выполнен обычным шрифтом), однако, мне не удалось понять цель и логику этих выделений. Основная содержательная часть ответа свелась к двум абзацам. В первом утверждается, что заключение договора на поставку электроэнергии невозможно без «зарегистрированной декларации о готовности объекта к эксплуатации или сертификат», а в следующем это же требование, опять же по непонятной логике, переносится и на договор купли–продажи электроэнергии, выработанной генерирующими установками частного домохозяйства.

Вообще–то, я запрашивал о нормативных требованиях относительно обязательности документа о вводе объекта в эксплуатацию для заключения договора купли–продажи, то есть, для подключения к «зелёному» тарифу. Размышления НКРЕКП о способах заключения договора на поставку электроэнергии меня уже не интересуют, поскольку я такой договор заключил ещё в марте этого года и документ, подтверждающий ввод моего дома в эксплуатацию не потребовался. Таким образом, НКРЕКП косвенно подтвердила, что требование о предоставление бытовым потребителем декларации или сертификата о готовности дома к эксплуатации для подключения к «зелёному» тарифу, выдвигаемое энергопоставщиками, инспирировано нацкомиссией, хотя противоречит «Правилам», то есть, является незаконным.

Примерно в таком духе я изложил своё несогласие с разъяснениями, изложенными в письме–ответе, и потребовал пересмотра позиции НКРЕКП, о чём подал сегодня следующий запрос.

«К — Св»: финиш полумарафона

Ровно шесть месяцев, — день в день, с 5 октября прошлого года по 5 апреля нынешнего (получилось 182 дня), — длилась эпопея с «правильным» подключением моего дома к электрическим сетям (до этого приходилось пользоваться временным). Ни в коей мере не возьмусь утверждать, что указанные сроки являются эталонными: вполне возможно, что кто–то пройдёт весь этот путь гораздо быстрее (можно сказать, пробежит), но в моём случае горние сферы ссудили мне и другим вовлечённым в процесс дольним сущностям именно такие временные рамки.

Как бы там ни было, но сегодня произошло неординарное событие, своеобразная знаменательная веха, можно сказать, был заложен краеугольный камень (как вам мой «штиль»?) — домостроение получило электроэнергию непосредственно из рук энергопередающей компании.

Читать дальше...

С практической точки зрения всё выглядело достаточно просто и буднично: специалист Броварского РП (раньше был «район электрических сетей», а теперь просто «районное предприятие») завёл в узел учёта (был смонтирован на этапе присоединения) мой вводной кабель, — тот, что заведен в главный распредщит, — присоединил четыре жилы (три фазы и ноль) к счётчику, я прикрутил пятую жилу к заземлению, специалист навесил кучу пломб (и на счётчик, и на щиток — см. фото справа вверху), после вручил мне небольшую стопку документов, с которыми я помчался в офис Броварского РП, чтобы слиться с его сотрудниками в бюрократическом экстазе.

В центре обслуживания потребителей Броварского РП копии доставленных документов были «по–братски» поделены между мной и «конторой», произведены какие–то очень важные священнодействия с учётами, после чего я получил пару дополнительных бумаг и смог вздохнуть с облегчением: первая половина процесса завершена — электроэнергия на мои «строительные токоприёмники» подаётся и к её законности не подкопаешься. Вторая половина, электроснабжение жилого дома, пока относится к более отдалённой перспективе (необходим формальный приём строения в эксплуатацию), никак не меньше ещё одного полугодия.

При более внимательном ознакомлении с полученными на руки документами выяснилось, что все они являются приложениями к двум договорам, которые я ожидал после подачи заявлений, но так и не получил в бумажной версии для подписи, поскольку они, оказывается, находятся в публичном доступе в электронном виде (Эуропа, блин!).

Договор о предоставлении услуг по распределению электрической энергии

На текущий момент оператором, распределяющим электроэнергию, то есть, хозяином сетей является «Киевоблэнерго», и на сайте этого акционерного общества я нашёл текст договора. Начинается договор с того, что своим заявлением о предоставлении услуг я присоединился к этому договору и фактически его подписал.

Договор предписывает мне снимать показания электросчётчика на первое число каждого месяца и передавать эти показания в течение пяти дней (до пятого числа включительно) одним из способов: через личный кабинет на сайте, сообщением на адрес электронной почты KOE-ORDER@koe.vsei.ua, SMS на мобильный телефон (067)239–7238, голосом по проводному телефону (044)459–0740. В случае несообщения показаний, оператор сам производит расчёт потреблённой электроэнергии на основании средних показателей.

Со своей стороны, «Киевоблэнерго» обязуется раз в полугодие проводить осмотр моего узла коммерческого учёта электроэнергии, раз в три года проводить техническую проверку средства учёта, ну, и распределять энергию должного качества, в соответствии с госстандартами.

Неотъемлемой частью договора объявлены десять приложений, но для меня, как бытового потребителя, от этого перечня «отъяты» шесть штук, а из оставшихся четырёх мне выданы только два — «Паспорт точки распределения электрической энергии» (приложение №2) и «Акт разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон» (приложение №6). Не достались мне «Заявление–присоединение» (приложение №1) и «Сведения о расчётных средствах учёта активной и реактивной электрической энергии» (приложение №3). Честно говоря, не очень–то и хотелось, но имеющаяся у меня копия «Акта технической проверки расчётного средства учёта электроэнергии 380 В» запросто может сойти за последнее недостающее приложение.

Из «Паспорта» я с удивлением узнал, что Договор со мной заключён ещё месяц тому назад, 6 марта — с датой подачи заявления–присоединения. А я и не знал: вот какую животворящую силу имеет публичность документов! Тот же «Паспорт» уведомил меня, что отныне я являюсь обладателем EIC–кода , и теперь я должен гордо его пронести на своих рамёнах и знамёнах через все электроэнергетические радости и невзгоды. В Паспорте также упоминаются четыре необходимых приложения, из которых одного просто нет, а ещё трёх, вроде бы, и не должно быть: какая–то непонятка случилась с этими приложениями, но не думаю, что сейчас это критично.

Энергетический идентификационный код (Energy Identity Code) появился в электроэнергетичесой сфере страны в конце прошлого года как результат стремления привести национальный рынок к международным стандартам. «Европейская сеть операторов систем передачи для электричества» (ENTSO–E) выделила Украине код «62» (для газовых сетей — «56», но это другая система), а «Укрэнерго», с полномочиями местного органа выдачи, присвоил мне двенадцатизначный номер в категории «точка коммерческого учёта» (так называемый «Z–код»). В конечном итоге, получилось 62ZNNNNNNNNNNNNX, где N — буквенно–цифровой идентификатор, X — контрольный символ (буква или цифра).

Теперь мне с этим жить…

«Акт разграничения» устанавливает межу балансовой принадлежности на выходных клеммах расчётного прибора учёта, точку распределения — на меже балансовой принадлежности, границу эксплуатационной ответственности… правильно, всё там же — на выходных клеммах расчётного прибора учёта.

Для лучшего понимания изложенного, в «Акт» включена схемка, которую я решил воспроизвести (см. рис. слева), раскрасив её на своё усмотрение для большей наглядности.

На картинке жёлтым цветом обозначен щит учёта со счётчиком Wh и автоматом QF на 32А. Красный цвет — имущество оператора распределения (в моём случае «Киевоблэнерго»), синий — кабель, подающий электричество на расположенный в доме ГРЩ. То есть, моё (на «балансе» моего кошелька) — всё что ниже малиновой линии и «граница на замке».

Несмотря на ясное и однозначное разделение балансовой принадлежности и связанной с ней ответственности, я принял на ответственное хранение устройства учёта и установленных на него пломб (пломб оказалось пять штук, причём четыре из них, включая заводские — на счётчике). Я себе смутно представляю, как обеспечивать сохранность объекта, находящегося за пределами моего участка, — не вооружённый же круглосуточный пост выставлять, в самом–то деле, — но решил просто поглядывать на пломбы время от времени и в случае обнаруженных проблем громко и настойчиво звать дядек и тёток, получающих зарплаты в системе распределения (пусть сами разбираются).

Договор о поставке электрической энергии потребителю

Поставщиком электроэнергии является ООО «Киевская областная энергопоставляющая компания», на сайте которой я и обнаружил текст искомого публичного договора.

Оказалось, что электроэнергия по договору поставляется мне с даты подписания заявления–присоединения, то есть, всё с того же 6 марта. Из договора следует, что у него есть три приложения: «Заявление–присоединение к договору о поставке электрической энергии поставщиком универсальных услуг» (приложение №1, мой экземпляр получен сегодня в Броварском РП), «Коммерческое предложение» (приложение №2, у меня отсутствует) и «Условия установления и корректировки договорных объёмов поставки электроэнергии» (приложение №3, тоже отсутствующее).

Пункт 5.13 Договора приоткрывает завесу тайны над содержанием «Коммерческого предложения» и после ознакомления со списком входящих в него сведений у меня возникло острое желание обзавестись собственным экземпляром. Посудите сами, разве могут быть мне, как потребителю, неинтересны такие сведения:

• тариф электроэнергии и/или способ определения цены,
• способ оплаты,
• срок предоставления счёта за использованную электроэнергию и срок его оплаты,
• определение способа оплаты услуг по распределению через поставщика или напрямую оператору системы распределения,
• размер пени за нарушение сроков оплаты или штраф,
• размер компенсации потребителю за несоблюдение поставщиком качества предоставляемых услуг,
• размер штрафа за досрочное расторжение договора в непредусмотренных этим договором случаях,
• срок действия договора и условия его пролонгации,
• дата и подпись потребителя.

На сайте компании, неподалёку от ссылки на текст самого Договора, я нашёл два вариант «Коммерческого предложения» (Стандарт–1 и Стандарт–2), но найти между ними различия мне не удалось (может быть, я не слишком тщательно искал). Там же можно найти и приложение №3, но меня всё равно беспокоит судьба неоформленного «Коммерческого предложения» — ведь его нужно подписать.

«Брекс, ФЕС, пекс» або юридичні вправи

Вперше за весь час існування мого віртуального щоденника, — а я заснував цей блог сім з гаком років тому, — вирішив написати статтю українською мовою. Приводом для такого рішення стало бажання досконало розібратися з юридичними подробицями проблеми, що виникла навколо створенням приватної фотоелектричної системи (ФЕС), тобто власної сонячної електростанції.

Справа в тому, що мені, схоже, доведеться започаткувати рішучу бійку с чиновницькою зграєю: писати скарги, заяви, запити в різні органи влади, і я матиму це робити державною мовою. З іншого боку, проблема навряд чи зацікавить читачів з поза меж України, оскільки закони й нормативні акти, що розглядатимуться, регламентують питання, які стосуються тільки однієї країни, а громадяни цієї країни володіють українською мовою (який же він або вона громадянин чи громадянка, якщо не володіє?).

Читать дальше...

В тім, орієнтуючись на основну масу читачів мого журналу, подібні публікації українською мовою носитимуть поодинокий характер — решту статей зобов'язуюсь і надалі викладати на популярному новгородсько–московитському діалекті руської мови.

Тепер щодо самої проблеми. Під час моїх контактів с компаніями, які займаються постачанням і монтажем обладнання для приватних (и не тільки) СЕС, їх менеджери одноголосно намагалися переконати мене, що підключитися до «зеленого тарифу» можна тільки після приймання житлового будинку в експлуатацію. Нагадаю, що на поточний час мій об'єкт підключений в режимі, який забезпечує подачу потужності на «будівельні струмоприймачі». Проект електрозабезпечення мого будинку передбачає підключення до мереж на стадії будівництва, тобто використання «будівельних струмоприймачів» є легальним, офіційним і узгодженим. Більш того, після завершення будівництва (читай, «після приймання будинку в експлуатацію») демонтуванню підлягають тільки ті ланки внутрішніх електричних мереж, які непотрібні для електрозабезпечення мешканців — так зафіксовано в проекті, затвердженому Броварським РП «Київобленерго».

Іще нагадаю, що на початку зими, коли я тільки почав замислюватися над створенням власної СЕС–ФЕС, особливу увагу було приділено саме можливості підключення за «зеленим тарифом» на стадії будівництва, і ніщо не пророкувало ускладнень, але раптово — проблема.

Мені вдалося розшукати п'ять нормативних актів, які регламентують «зелений тариф»: по–перше, це закони України («Про електроенергетику» і «Про альтернативні джерела енергії»), по–друге, постанови НКРЕКП («Про затвердження Порядку встановлення, перегляду та припинення дії "зеленого" тарифу на електричну енергію для суб'єктів господарської діяльності та приватних домогосподарств», «Про затвердження Порядку продажу, обліку та розрахунків за електричну енергію, що вироблена з енергії сонячного випромінювання об’єктами електроенергетики (генеруючими установками) приватних домогосподарств» і «Про внесення змін до Порядку продажу, обліку та розрахунків за електричну енергію, що вироблена з енергії сонячного випромінювання об’єктами електроенергетики (генеруючими установками) приватних домогосподарств»). Необхідно зауважити, що НКРЕКП щоквартально приймає інші постанови щодо «зеленого тарифу», але вони виконують технічну функцію — коригують вартість, за якою генерувальна компанія закуповуватиме кіловат–години електроенергії з альтернативних джерел протягом наступного кварталу.

Закони, як їм і належить, визначають тільки загальні концептуальні засади введення й застосування «зеленого тарифа», тому не можуть відповісти на вузьке практичне питання, яке постало переді мною.

У тім, мою увагу привернув один с абзаців статті 5 «Державна політика в електроенергетиці» зі закону «Про електроенергетику»:

Державна політика в електроенергетиці базується на таких принципах:[…]
– сприяння розвитку альтернативної енергетики як екологічно чистої і безпаливної підгалузі енергетики шляхом встановлення "зеленого" тарифу[…]

Іще оптимістичніші перспективи пропонує стаття 3 «Основні засади державної політики у сфері альтернативних джерел енергії» закону «Про альтернативні джерела енергії»:

[…]
нарощування обсягів виробництва та споживання енергії, виробленої з альтернативних джерел, з метою економного витрачання традиційних паливно-енергетичних ресурсів та зменшення залежності України від їх імпорту шляхом реструктуризації виробництва і раціонального споживання енергії за рахунок збільшення частки енергії, виробленої з альтернативних джерел;
[…]

У мене не викликає сумніву, що обмеження у створенні приватної СЕС суперечать державній політиці, тобто є протизаконними.

Постанова НКРЕКП № 1421–2012 «Про затвердження Порядку встановлення, перегляду та припинення дії "зеленого" тарифу на електричну енергію для суб'єктів господарської діяльності та приватних домогосподарств» визначає, головним чином, фінансові аспекти «зеленого тарифу» — методику розрахунку и застосування. Отже, залишаються тільки два норматива, які мають справу саме з «продажем, обліком і розрахунками».

Фактично йдеться про один документ, постанову НКРЕ №170–2014 зі змінами, внесеними постановою НКРЕКП, — новою нацкомісією, реформованою з НКРЕ, — №229–2016. У результаті створився нормативний акт, який називається «Про затвердження Порядку продажу, обліку та розрахунків за електричну енергію, що вироблена з енергії сонячного випромінювання об’єктами електроенергетики (генеруючими установками) приватних домогосподарств», але сама інструкція озаглавлена «Порядок продажу, обліку та розрахунків за вироблену електричну енергію з альтернативних джерел енергії об'єктами електроенергетики (генеруючими установками) приватних домогосподарств». Тішить тільки те, що йдеться про приватні домогосподарства, тобто про те, що мені потрібно.

Отже, настає радісна мить: я добрався до того, що шукав — розділу II «Порядок введення в експлуатацію генеруючої установки» доленосної постанови НКРЕКП. Дозволю собі процитувати перший пункт цього розділу, оскільки саме він несе найбільше смислове навантаження:

Встановлення елементів електричного обладнання генеруючої установки (генеруючих установок) приватного домогосподарства здійснюється побутовим споживачем відповідно до рекомендацій заводів-виробників цього обладнання, визначених у технічній документації (паспортах електричного обладнання), та з дотриманням правил улаштування електроустановок.

У першому розділі постанови визначається значення термінів, які застосовуються в тексті. Природно, що ключовим є тлумачення приватного господарства: «об'єкт побутового споживача , на якому електрична енергія використовується відповідно до укладеного договору про користування електричною енергією». Отже, я — «побутовий споживач«», маю «укладений договір про користування електричною енергією» (для «будівельних струмоприймачів») і використовую «електричну енергію відповідно до укладеного договору».

На всяк випадок наведу визначення побутового споживача, яке також міститься в загальних положеннях (розділ I) постанови: «фізична особа, яка використовує в приватному домогосподарстві електричну енергію для забезпечення власних побутових потреб, що не включають професійну та комерційну діяльність.»

Є тлумачення і побутових потреб, але воно наведене у постанові КМУ №1357–1999 «Правила користування електричною енергією для населення», і на нього посилається постанова НКРЕКП, що розглядається:

побутові потреби - споживання (використання) електричної енергії для задоволення умов проживання та/або перебування фізичних осіб на об’єкті побутового споживача, включаючи прибудинкову (присадибну територію), в тому числі для індивідуального будівництва (реконструкції) об’єктів приватного домогосподарства, крім потреб підприємницької, господарської діяльності

Скажіть, будь ласка, чи можуть виникати сумніви, що у виділеному курсивом фрагменті йдеться саме про використання «будівельних струмоприймачів»?

Ретельно вивчивши зміст розділу II, я впевнено заявляю, що електропостачальник має право відмовити у підключенні до «зеленого тарифу» тільки в таких випадках:

• якщо інверторне обладнання погіршує параметри якості електричної енергії електропостачальника (п.1 розділу II);
• якщо загальна встановлена потужність генеруючої установки (генеруючих установок) перевищує 30 кВт або встановлена потужність генеруючої установки (генеруючих установок) перевищує дозволену до споживання потужність за договором про користування електричною енергією (п.4);
• якщо під час облаштування вузла обліку (засобу обліку) представником електропостачальника буде виявлено відсутність змонтованої у приватному домогосподарстві генеруючої установки або неготовність цієї установки до експлуатації за призначенням (відсутність генерації у мережу, невідповідність встановленої потужності генеруючої установки, зазначеної у заяві-повідомленні та дозволеної до споживання потужності) — п.8.

Ніяких несподіванок не містить і текст заяви–повідомлення, яка додається до постанови (додаток №1); наведу його перший параграф:

Я, _______________________________, власник (користувач) приватного домогосподарства, яке розташоване за адресою: ___________________, проживаю (зареєстрований) за адресою: ___________________________, є побутовим споживачем електричної енергії відповідно до укладеного між мною та ___________________________ договору про користування електричною енергією від _________ № ____, повідомляю про те, що в приватному домогосподарстві здійснено монтаж генеруючої установки, яка виробляє електричну енергію з енергії сонячного випромінювання та/або енергії вітру (потрібне підкреслити).

А до заяви–повідомлення необхідно додати два примірника однолінійної схеми підключення генеруючої установки приватного домогосподарства і копію технічної документації на комплектуючі та електричне устаткування генеруючої установки. І все: ніде, в жодному документі не вимагається надання підтвердження прийняття будинку в експлуатацію! До речі, зверніть увагу, що форма заяви-повідомлення припускає уведення двох різних адрес для власника (користувача) приватного господарства, тобто опосередковано припускається, що на об'єкті постійно жити неможливо, оскільки він іще не прийнятий в експлуатацію.

Нагадаю, що вимога посадової особи надати відомості або документи, не передбачені чинними нормативними актами можуть розглядатися як спроба отримання хабара, тому якщо хтось спробує під час підключення до «зеленого тарифу» з'ясувати, чи прийнятий мій будинок в експлуатацію, я без вагань попереджатиму допитливого чиновника, що НАБУ не спить.

Для того, щоб остаточно розставити крапки над «і», а також над «ї», я сьогодні звернувся зі запитом на публічно інформацію до НКРЕКП з проханням внести ясність у правомірність вимог щодо обов'язкового прийняття будівлі в експлуатацію для підключення приватної СЕС до «зеленого тарифу». Схоже, моя бійка за альтернативну енергетику почалася.

«Брэкс, ФЭС, пэкс» или возвращение долгов

После того, как частному домовладетелю удастся с минимальными потерями получить кредит на создание собственной СЭС (солнечная электростанция), избежать ловушек–капканов, расставленных продавцами–поставщиками и, наконец–то, соорудить вожделенную фотоэлектрическую систему (ФЭС) со всеми её солнечными панелями, инверторами и прочими штруньками, неизбежно наступит самый неприятный период существования домохозяина — выплата кредита.

Происхождение негативных эмоций объясняется расхожей сентенцией о том, что в долг деньги берутся чужие и на время, а отдавать приходится свои и навсегда. Единственное утешение заключается в том, что на этапе налаженного функционирования ФЭС–СЭС заработанные на солнечном излучении средства могут сгладить нагрузку на бюджет. Осталось только разобраться в хитросплетениях «зелёного тарифа».

Читать дальше...

Во–первых, срок действия «зелёного тарифа» заканчивается 1 января 2030 года, то есть, обладателю действующей СЭС осталось менее одиннадцати лет наслаждения от разнузданного выкачивания денег из энергетических компаний. Технически, наверное, можно получить кредит сроком на 11 лет, но условия, на которых банк его предоставит (читай, установит процентную ставку) гарантированно отобьёт всякую охоту к подобному эксперименту. Поэтому придётся укладываться в более сжатые сроки, — мне пока представляется наиболее приемлемым пятилетний срок кредита, — и учитывать, что окупаемость СЭС небольшой мощности составляет не менее семи лет, то есть, не исключается вариант, при котором придётся где–то «перезанять, чтобы переотдать», так что дополнительный доход до начала 2030 года очень пригодится.

Во–вторых, по «зелёному тарифу» оплачивается только разница между сгенерированной и потреблённой электроэнергией: продать всю свою «солнечную» энергию втридорога (или «вчетыредорога»), а использовать киловатт–часы на собственные нужды по–дешёвке (да ещё и по ночному тарифу) не получится — неизбежно придётся иметь дело с печально известным литовцем по фамилии Обломайтис. Впрочем, есть реальный шанс накопить некоторый запас в тёплый период (и солнца много, и обогреватели не работаю), но если отопление — электрическое, то за зиму эти накопления «улетят» как курлыки осенью.

В–третьих, расчёт стоимости киловатт–часа «солнечной» электроэнергии, то есть, «зелёного тарифа», по которому энергоснабжающая компания покупает её у владельца домашней ФЭС, производится путём несложных арифметических действий, но за последовательностью этих действий нужно очень внимательно проследить, чтобы не оказаться в роли жертвы фокуса с «тремя картами Монте». Итак, внимательно следите за «руками»:

1. В качестве основы для расчётов используется «розничный тариф для потребителей второго класса напряжения на январь 2009 года». На 01.01.09 этот тариф составлял 0,5846 грн/кВт·час.
2. «Зелёный» тариф вычисляется путём умножения базового розничного тарифа (см. п.1) на коэффициент «для электроэнергии, выработанной из энергии солнечного излучения объектами энергетики, которые установлены на крышах и/или фасадах частных домохозяйств, величина установленной мощности которых не превышает 360 кВт». Для объектов, введенных в эксплуатацию в период с 01.01.2017 по 31.12.2019 коэффициент равен 3,36 (то есть, тариф — 1,964256 грн/кВт·час). Для сведения, в следующие пять лет (с 01.01.2020) будет использоваться коэффициент 3,02, а «в начале пути» с 01.04.13 по 31.12.14 — 6,66.
3. Фиксированный минимальный размер «зелёного» тарифа вычисляется путём перевода в евро «зелёного» тарифа на 01.01.09 по официальному курсу НБУ (Нацбанк Украины) на ту же дату (1€=10,8555₴): насколько я понял, для моего случая минимальный размер «зелёного» тарифа составляет 1,964256/10,8555 = 0,1809457, то есть, 18 евроцентов за 1 кВт·час
4. На последнем в каждом квартале заседании НКРЕКП (Национальная комиссия, осуществляющая государственное регулирование в сферах энергетики и коммунальных услуг) утверждается гривневое выражение размера «зелёного» тарифа на основе среднего официального курса НБУ за предыдущие 30 дней. Когда готовилась эта публикация тариф был установлен в размере 5,7336 грн/кВт·час без НДС (постановление НКРЕКП №2071 от 28.12.18) — получается, что применялся курс 31,69 грн. Не совсем понятно, что делать с 20% НДС — добавлять к тарифу или отнимать от него. Справочно: постановлением НКРЕКП от 28.09.18 (на последнем заседании в третьем квартале прошлого года) был утверждён «зелёный» тариф в размере 5,9486 грн/кВт·час (евро, похоже, в конце года подешевело).

В–четвёртых, на полученные средства от продажи электроэнергии собственного производства неизбежно падает суровый и алчный взгляд фискального органа и с них взимаются налог (18%) и военный сбор (1,5%). Таким образом, владей я сейчас СЭС и снабжай любимую страну результатом преобразования солнечной энергии, получал бы от всё той же любимой страны по 478 гривень 86 копеек за каждую сотню киловатт–часов (сейчас же я плачу стране 90 гривень за первую сотню киловатт–часов и по 168 гривень за все последующие).

Строительно–архитектурные контакты

Знаете, почему развалилась Вавилонская башня (см. рисунок справа)? Говорят, сильно строители рассердили бога, дескать, люди много возомнили о себе, взлелеяли непомерные амбиции. Думаю, в реальности всё оказалось гораздо проще: строители своевременно не получили разрешения от Вавилонского департамента Государственной строительно–архитектурной инспекции и пришлось разбирать результат незаконного строительства.

В своё время я соблюл все формальные требования и упрекнуть меня в незаконном строительстве невозможно. По какой–то неизвестной причине моё домостроение не попало в публичный реестр строящихся объектов, но этот факт меня тогда не смутил: я решил разбираться с проблемами по мере их поступления, а шесть с половиной лет тому назад это проблемой не являлось.

Читать дальше...

Собственно, и сейчас это не является особой проблемой, хотя для перехода к следующему этапу электрификации (после недавнего присоединения к сетям), — подключению к системе распределения, — требуется подтверждение законности моего строительства: для этого достаточно предоставить «Киевоблэнерго» распечатку скриншота соответствующей страницы упомянутого реестра. В общем, настало время вынуть шашку из ножен и, с молодецким гиканьем, рвануть в ураганную атаку, беспощадно и с наслаждением кромсая всех подряд бюрократов, не выясняя, кто из них на самом деле виноват, поскольку я железобетонно прав (все квитанции, копии и чеки бережно сохранены).

Суровая действительность произвела сложное двоякое впечатление. С одной стороны, Департамент ДАБІ (так сокращённо обозначается упоминавшаяся госинспекция) по Киевской области принял меня как родного, обласкал, проявил сердечность и сочувствие, причём в лице самого директора департамента, потом разыскал моё уведомление от 2012 года, почти искренне возмутился безответственностью тогдашних сотрудников, не внёсших моё строительство в реестр и пообещал через пару дней снабдить меня официальным документам, подтверждающий законность строительства. С другой стороны, мой воинственный настрой пропал втуне, развеялся, и шашка с сожалением возвратилась в ножны.

Не ожидал я такого, хотя, в конечном итоге, позитивные эмоции возобладали, особенно после того, как у меня на руках оказался необходимый документ. Но до сих пор не верится, что общение с чиновниками обошлось без драки и моря крови. Так и привыкнуть можно.

«К – Св»: проектные изощрения

Вместо предполагаемой недели мне потребовалось на пару дней больше для сбора необходимых приложений к заявлению о разработке «проектно–сметной документации» — именно таково полное официальное название того, что обычно называется по–простому проектом электроснабжения дома. Сотрудница, принимавшая у меня пакет документов в сервисном центре «Киевоблэнерго» поначалу «споткнулась» о заявление, что–то неразборчиво пробормотала, но не решилась выдвинуть какие–либо претензии или возражения.

Дело в том, что вместо заполнения от руки выданного мне ранее бланка, я перенабрал его текст, правда, с небольшими изменениями. В частности, второй (и последний) абзац бланка предполагал заполнение поля «Марка и тип котла», а поскольку я не располагаю этой информацией, то достаточно было указать только расчётную мощность, уже зафиксированную в технических условиях — таков был совет сотрудницы сервисного центра.

Читать дальше...

Я же изложил этот абзац в расширительной редакции: «Величина мощностей для отопления дома (электрический котёл или излучающе–конвекционные электрические нагревательные элементы)» — не думаю, что форма заявления жёстко предопределена какими–либо нормативными документами. В общем, заявление было принято, и сотрудница сервисного центра пообещала, что разработчик проекта свяжется со мной в течение ближайших десяти дней. Звонок поступил буквально через несколько часов в тот же день.

Проектировщик оказался более придирчив к тексту заявления и сообщил, что без марки и типа котла разработать проект невозможно. Я, честно говоря, не понял как эти сведения могут повлиять на параметры розетки, в которую будет всовываться вилка от электрокотла: по моему разумению для того, чтобы подобрать нужные розетку и сечение электропроводки знания мощности вполне достаточно. Однако, не всё оказалось простым и очевидным, но об этом чуть позже (не могу удержаться от нагнетания интриги — в конце концов, автор я или где?).

В качестве альтернативы мне был предложено принять участие в простом и незатейливом лохотроне. Я безропотно признаю конституционное право каждого индивидуума стремиться к сочетанию двух желаний — и рыбку съесть, и на ёлку влезть, не оцарапавши при этом свои нежные места. Ярчайшим примером такого стремления явилось предложение проектировщика ещё более ограничить объём проекта, не только изменив его «категорию» , но и сократив его до оборудования только строительного токоприёмника, то есть, он точки присоединения (опоры на участке) до фундамента дома.

Для того читателя, которому было недосуг ознакомиться с моей предыдущей публикацией по поводу проекта электроснабжения дома, сообщаю, что «Киевоблэнерго» выполняет «проектно–сметную документацию» только в двух вариантах–категориях: 1) строительные токоприёмники и электрооборудование дома (первая часть — на период строительства, вторая — навсегда), 2) строительные токоприёмники, электрооборудование дома и отопление (первая часть — на период строительства, вторая и третья — навсегда).

Варианты существенно различаются по цене исполнения: проект с отоплением сто́ит примерно 5600 гривень, а без отопления — 3700. А вот вариант только со строительными токоприёмниками, без электрооборудования дома и без отопления, не предусмотрен.

Проектировщик пытался убедить меня, что такая мера вынужденная, поскольку я не предоставил схемы размещения розеток и выключателей, а также перечня электроприборов, которые будут использоваться. Если мне не изменяет память, разработчик предыдущего проекта лично выезжал на объект, тщательно обсуждал со мной эти детали, самостоятельно их документировал.

В общем, у хитросделанного проектировщика номер не прошёл: я воспользовался этим, не имеющим юридической силы, проектом почти пятилетней давности и через пару дней дослал всю недостающую информацию. Конечно, можно было стать в позу и заставить проектрировщика—2018 пройти нелёгкий путь проектировщика–2014, но почему–то не захотелось обострять ситуацию, может быть из–за того что, он изрядно повеселил меня своей наивной попыткой совместить «рыбку» с «ёлкой».

Ещё один день потребовался моему куратору, чтобы «переварить» полученные от меня схемы и комментарии к ним. Поскольку в этих дополнениях я указал точки для подключения инфракрасных керамических панелей, с помощью которых можно обеспечить отопление помещений, то надеялся настоять на варианте проекта «строительные токоприёмники + электрооборудование + отопление дома» (помните фразу, которую я ввернул в заявление вместо «марки и типа котла»?).

И вот тут на полную глубину разверзлась непреодолимая бюрократическая пропасть: оказалось, что для активации электрического отопления необходим не только приём объекта в эксплуатацию, но и точное и исчерпывающее указание в проекте мощности, типа, марки и даже производителя отопительных приборов — все эти данные проверяются на соответствие с проектом перед предоставлением льготного (отопительного) тарифа, без которого электрическое отопление угрожает лечь неподъёмным бременем на натруженные плечи и анорексичный кошелёк домовладельца.

Получается, что неукротимое желание проектировщика «соскочить» с отопительного варианта проекта продиктовано объективной реальностью — очевидной глупостью и недальновидностью чиновников, составивших эти правила: никакие функционеры никогда не возьмутся проверять отопительное оборудование на соответствие проекту после подписания акта о приёмке.

Итак, промежуточный этап процесса обретения нового («правильного») проекта свёлся к следующему «набору»:

• проектно–сметная документация переводится в разряд «строительные токоприёмники и электрооборудование дома» (без отопления);
• при разработке электропроводки учитываются токи, которые потребуются для подключения отопительных панелей требуемых мощностей;
• после официального приёма дома в эксплуатацию и фактического приобретения отопительных панелей мной будет дополнительно заказан проект отопления дома (такой вариант возможен и экономически приемлем);
• в результате реализации этого дополнительного проекта мне будет предоставлен льготный тариф на электроэнергию (сегодня это составляет 3000 кВт×час по цене 0,98 грн. за 1 кВт×час) и начнётся тёплый этап жизни моего домостроения.

С организационной точки зрения я в ближайшее время подпишу договор на разработку проекта, оплачу стоимость разработки (3700 грн.) и в дальнейшем «сольюсь в экстазе» с Броварским РЭС «Киевоблэнерго» — именно там и будет осуществляться таинство проектотворчества.

«К – Св»: проект «три в одном»

По условиям договора о присоединении моего дома к электрическим сетям, даже на этапе строительства требуется наличие проекта внутреннего электроснабжения — иначе никак. Неосмотрительно заказанный, с грехом пополам разработанный и уже начавшийся реализовываться проект от 2013 года оказался непригодным для текущей ситуации, поскольку неизвестно, отвечает ли он недавно выданным техническим условиям, а также ещё невыданным предпроектным решениям (их я должен получить в течение 10 дней после оплаты суммы, предусмотренного договором). Одна отрада: упомянутый проект разрабатывался с учётом нужных домостроительных норм (ДБН В.2.5.23–2010), но это слишком слабый аргумент для признания его легитимности.

Кроме того, в том проекте нет разделов ни про обустройство токоприёмников для строительных механизмов, ни про отопление, то есть, в любом случае придётся заказывать дополнительные проект или даже дополнительные проекты.

Читать дальше...

По здравому размышлению, я пришёл к неутешительному выводу, что события пятилетней давности, приведшие к рождению пока ещё действующей версии проекта, — новый и правильный ещё когда появится! — был чуть ли не образцом лохотрона: исполнитель, несомненно осознавая бессмысленность разработки проекта без техусловий, ни словом не обмолвился о явной глупости моего решения и, без зазрения совести, взялся за работу. С другой стороны, никто не отменял главенствующего на нынешнем рынке принципа: «нам, за ваши деньги ничего не жалко», поэтому и заказчик всегда должен держать «ухо востро».

Мои учёты расходов на строительство показывают, что приобретённый опыт, — как оказалось, негативный, — обошёлся мне в 4500 гривень (тогда это равнялось 550 USD). Сегодня «Киевоблэнерго» предлагает разработать «правильный» проект, то есть, с гарантированным учётом всех предъявляемых требований за 3500 гривень в формате «2 в 1» (электроснабжение дома + строительные токоприёмники) или за 5700 гривень в формате «3 в 1» (электроснабжение дома + электроотопление + строительные токоприёмники), что в текущем масштабе цен соответствует 125 и 205 USD.

Беглое изучение предложений на рынке проектирования показало, что компании, предлагающие подобные услуги, используют различающиеся подходы к формированию стоимости, но, в любом случае, заказать проект по существенно меньшей цене вряд ли удастся. Более того, проект, разработанный сторонней организацией подлежит согласованию с «Киевоблэнерго», поэтому запросто может быть или возвращён проектировщику на доработку (трудно, что ли, найти недостатки даже в очень хорошем проекте?), или потребует дополнительных финансовых вливаний на «смазку» процесса утверждения.

В общем, разумной альтернативы тому, чтобы поручить разработку проекта «Киевоблэнерго» нет. По этому поводу под самое пристальное внимание попадает бланк заявления, предоставленный сервисным центром электроэнергетической компании.

Характеристики отопительного котла

Поскольку я сразу заявил о своём желании использовать в своём доме электрическое отопление, мне выдали бланк соответствующей «ориентации», но я несколько растерялся от того, что ещё до начала проектирования безальтернативно подразумевается использование электрического котла с неизбежным водяным теплоносителем. Проблема в том, что я всерьёз рассматриваю возможность использования в этих целях керамических инфракрасных панелей, хотя к окончательному и судьбоносному решению пока ещё не пришёл: интересно, как прореагирует проектировщик на подобную причуду заказчика? А пока в заявлении требуется указать марку и тип котла, а также приложить к заявлению копию технического паспорта изделия. Я ограничился тем, что указал только предполагаемую мощность — 15 кВт.

Документ, подтверждающий право собственности

Этого добра у нас навалом: копии государственного акта заготовлены на многие случаи жизни ещё без малого семь лет тому назад. Говорят, сейчас уже в ходу другие документы, но мой госакт никто не отменял.

Документы на строение

Из всех перечисленных вариантов у меня в наличии имеются только строительный и технический паспорта, правда, информативность и значимость последнего весьма сомнительна — до декларации об окончании строительства ещё дело дойдёт нескоро.

Схема застройки земельного участка

Не совсем понятно, почему эта позиция выделена в отдельную: схема застройки включена в строительный паспорт

План дома

Это тоже имеется в наличии — и в планиметрии, и в изометрии. А можно ещё и из предыдущего проекта электроснабжения скопировать планировку: хоть какая–то польза от него произойдёт.

Копия технических условий и договора о присоединении

Про ТУ понятно — у проектировщика он всегда должен быть перед глазами, а вот зачем им договор — загадка.

Личные документы

Копии паспорта и идентификационного кода: тоже не очень понятно зачем это им нужно, но их не требуют только в общественных туалетах, поэтому глупых вопросов задавать не буду.

Назначил для себя неделю для спокойной и вдумчивой подготовке всех перечисленных документов и дополнительного разбирательства в дилемме «котёл против панелей».

«К – Св»: техусловия и договор, часть 3

За неделю до истечения контрольного срока для подписания договора о присоединении к электрическим сетям состоялось второе эпохальное событие в славном деле электрификации моего дома — подписание этого самого договора, естественно, вместе с техническими условиями (первым эпохальным событием я считаю подачу заявления в «Киевоблэнерго», запустившего весь процесс электрификации).

Почти две недели я потратил на неторопливое и подробное изучение документов, подлежащих подписанию, и формулированию вопросов в отношении непонятных и спорных позиций, надеясь на личную встречу и исполнителем или юристом, но мои ожидания разбились о непреклонную позицию клерков из сервисного центра компании..

Читать дальше...

Похоже, сотрудники этого центра имеют жёсткую установку выступить первым и последним рубежом «обороны» и ни под каким предлогом не допустить прорыва всяких посетителей к нежным телам инженеров и юристов. Я даже допускаю возможность, что если случится «прорыв» клиента к упомянутым телам, то руководством будет поставлена под сомнение квалификация и компетенция клерка, находящегося на переднем крае «битвы» с посетителями и, как следствие, перевод на «участок с меньшими объёмами работ», то есть, с меньшей зарплатой — потому и стараются изо всех сил.

Справедливости ради должен заметить, что и ответить на мои вопросы сотрудница сервисного центра тоже старалась изо всех сил, но это у неё получалось не лучшим образом, поскольку каждый раз будучи загнанной в угол (фигурально выражаясь), она стандартно ссылалась на то, что форма договора является типовой, утверждена НКРЕКП и не подлежит корректировке. Мне так и не удалось понять сакральный смысл двух последовательно расположенных в договоре позиций фактически идентичного содержания, но имеющих разные номера.

Также, я не смог переубедить сотрудницу в необходимости изменения указанной в договоре даты ввода объекта (то есть, моего дома) в эксплуатацию (31 декабря текущего года): несущественность моей претензии была объяснена тем, что первый этап присоединения–подключения будет ограничен обустройством «строительного токоприёмника», а поскольку договор действителен до 01.11.2020, то у меня в запасе ещё два года, которые можно посвятить оформлению ввода строения в эксплуатацию. Я решил пойти на разумный компромисс и не настаивать на своём требовании.

Гораздо более серьёзным оказались требования упомянутыж ранее пунктов–близнецов в части, касающейся «разрешения на строительство»: дело в том, что шесть лет тому назад, когда я начинал стройку, никаких разрешений не требовалось.

3.1. Исполнитель услуг обязан:
…
3.1.2. Подключить электроустановки Заказчика к электрическим сетям системы распределения в течение 10 дней после выполнения условий этого договора, а именно:
…
для токоприёмников строительных механизмов — предоставления разрешительных документов на начало строительства объектов Заказчика,
…
3.1.3. Подключить электроустановки Заказчика к электрическим сетям системы распределения Исполнителя услуг на основании заявления Заказчика в течение 5 дней, если подключение не требует приостановки электроснабжения других потребителей или 10 дней, если подключение потребует остановки электроснабжения других потребителей, после:
…
получения Заказчиком разрешения на начало строительства объекта в порядке, установленном законодательством в сфере градостроительства,
…

Тогда было достаточно направить в ДАБІ уведомление о начале строительства (что я и сделал своевременно) — надеюсь, различие между «разрешением» и «уведомлением» объяснений не требует. Не исключено, что за прошедшие шесть лет произошли какие–то изменения в законодательстве, потому как сотрудница телефонного контакт–центра, — туда я был направлен обессилевшей от моих утомительных и нудных «приставаний» сотрудницей сервисного центра, — никак не могла взять в толк, почему у меня отсутствует подтверждающий документ из ДАБІ. Придётся мне устроить очередной рейд «по местам боевой славы», чтобы получить нужный документ в органе, о котором осталось весьма нелестное впечатление.

И, наконец, после довольно продолжительных консультаций со специалистами, сотрудница контакт–центра прояснила ещё одну животрепещущую проблему. Один из пунктов раздела договора «Плата за присоединение и порядок расчётов» упоминает об обязанности Исполнителя предоставить мне счета за дополнительные услуги по подключению, а я, как экономный и рачительный Заказчик, настороженно отнёсся к возможным непредусмотренным расходам, способных увеличить и без того немалую обязательную, изначально оговоренную сумму.

Оказалось, что дополнительные затраты предусматривают приобретение и установку счётчика электроэнергии и некоторых других материалов и изделий, однако, по странной юридической коллизии, эти дополнительные расходы уже включены в базовую стоимость подключения, но пункт остался в тексте договора потому… правильно! потому, что его форма утверждена НКРЕКП! Бюрократия — форева!

Поскольку сроки меня начали потихоньку поджимать, — вряд ли дальнейшая тягомотина по выяснению мутных позиций уложилась бы в оставшуюся неделю, — договор я, как уже сообщил, подписал, но интуиция мне подсказывает, что к некоторым вопросам, оставшимся без внятных ответов, ещё придётся возвратиться, но это уже будет оформлено в письменном виде — почта ведь тоже не должна простаивать. После подписания договора он был зарегистрирован и я получил два «бонуса»: 1) счёт для оплаты стандартного трёхфазного присоединения на 400 вольт по III категории снабжения (99% от общей суммы) и подключения с теми же параметрами (0,4 кВ, 3 фазы, III категория, 1% стоимости), 2) бланк акта приёма–передачи предоставленной услуги по присоединению к электрическим сетям. Несмотря на то, что счёт действителен в течение 30 календарных дней со дня его выдачи, оплатить его необходимо не позже пяти рабочих дней.

Вообще–то, есть ещё и третий «бонус» — бланк заявления на разработку проектно–сметной документации на внутреннее электроснабжение электроустановок, на случай, если я соглашусь поручить эту почётную работу специалистам «Киевоблэнерго», но это уже совсем другая история.

«К – Св»: техусловия и договор, часть 2

Пока свежи впечатления от изучения технических условий на присоединение к электросети, — приложения №1 к договору о присоединении, — нужно поскорее разбираться с основным документом, то есть, собственно «Договором о стандартном подключении к электрическим сетям системы распределения», чтобы как можно скорее выдвинуться на обсуждение непонятных, а порой и спорных, положений уже выявленных в техусловиях.

Уже сейчас понятно по косвенным признакам, даже без ознакомления с договором, что придётся снова заказывать проект электроснабжения дома, потому как заказанный почти пять лет тому назад в каком–то полупаническом угаре и с грехом пополам разработанный за приличные, должен заметить, деньги несомненно несоответствует сформулированным «Киевэнерго» техническим условиям.

Читать дальше...

Объём самого договора в два раза больше техусловий, но я постараюсь ужать его рассмотрение до статьи приемлемого размера.

Договор о стандартном подключении

Исполнителем договора выступает начальник отдела выдачи технических условий: видимо, у него достаточно полномочий не только для выдачи технических условий и заключения договора, но и организации выполнения работ, предусмотренных этим договором. Мне же в этом договоре присвоен титул, как нетрудно догадаться, заказчика. Сразу же возникла проблема: обе стороны обязаны действовать в соответствии с действующим законодательством «в лице» Кодекса систем распределения, а я об этом Кодексе слышу впервые. И не удивительно: документ введён в действие постановлением НКРЕКП в марте текущего года вместо «Правил присоединения электроустановок к электрическим сетям», так что, придётся мне его изучать в авральном порядке.

После проработки технических условий я с особым вниманием отнёсся к описанию объекта, который присоединяется к системе распределения: в договоре значится «индивидуальный жилой дом со строительными токоприёмниками», что должно, по моему мнению, означать присоединение ещё на этапе строительства, то есть, до приёма строения в эксплуатацию. «И сказал он, что это хорошо».

Я не буду подробно разбирать каждый пункт договора, — как–никак четыре машинописных страницы, — отмечу только лишь некоторые его положения, которые вызывают у меня вопросы, и ответы на эти самые вопросы я планирую в ближайшее время получить от автора и исполнителя договора.

Во–первых, для общего интеллектуального развития неплохо бы выяснить фактическое местонахождения трансформаторной подстанции («точка обеспечения мощности»), чей идентификатор скрывается за громоздки набором сокращений, состоящих из букв и цифр (она же упоминается и в ТУ) — «мать–кормилицу» неплохо бы знать «в лицо».

Во–вторых, срок строительства и ввода в эксплуатацию электрических цепей внешнего электроснабжения дома определён в 30 суток (предусмотренная неприменимая в моём случае возможность задержки на дополнительные 30 суток) после оплаты мной стоимости присоединения. Получается, что на данном этапе не требуется наличия проекта электроснабжения дома, упомянутого в техусловиях?

В–третьих, не указан срок подключения «электроустановки заказчика» к сетям после выполнения этого договора и после заключения договора о предоставлении услуг распределения (в тексте для цифр оставлен пробел). При этом рассматриваются два варианта: всего объекта — после его ввода в эксплуатацию (у меня это может произойти, в лучшем случае, не раньше конца следующего года) и токоприёмников строительных механизмов — после предоставления разрешительных документов на начало строительства (а для строительства моего дома никаких разрешений не требуется).

В–четвёртых, указанная дата ввода объекта (моего дома) в эксплуатацию (31.12.18) является нереальной и что повлечёт за собой её корректировка?

В–пятых, кроме оплаты стандартного присоединения, стоимость которого непосредственно указана в договоре, упоминается ещё и плата за дополнительные услуги по подключению (отдельно объекта и отдельно строительных механизмов) — непонятны ни содержание этих дополнительных услуг, ни их стоимость.

В–шестых, срок действия договора (если он будет заключён) истекает 01.11.20, но может быть продолжен по «мотивированному обращению одной из сторон в порядке, предусмотренном действующим законодательством». Интересно, какой должна быть мотивация и каков порядок моих действий (думаю, что «Киевоблэнерго» вряд ли будет заботиться о продлении этого срока)?

В первых числах ноября начинаю прояснять позиции договора, вызывающие сомнения, и собирать необходимые средства для оплаты подключения.

«К – Св»: техусловия и договор, часть 1

Обещанные десять дней на рассмотрение заявления о присоединении к электросети вылились в двадцать: а я ещё гадал, о календарных или рабочих десяти днях шла речь. На этот двадцатый день я получил звонок на номер телефона, который заявил в качестве контактного и на следующее утро почти вприпрыжку (хотя это было проблематично при моих возрасте и комплекции) помчался в «Киевоблэнерго».

После непродолжительного ожидания, — не страдает учреждение от избытка посетителей, — мне вручили два документа, каждый в двух экземплярах: «Технические условия стандартного присоединения к электрическим сетям электроустановок» и «Договор про стандартное присоединение к электрическим сетям системы распределения», оба датированные почему–то 18 октября. Напомню, заявление я подал 5 октября, а голосовое уведомление о готовности документов — 25 октября.

Читать дальше...

Сотрудница операционного зала, которая выдала мне ТУ и договор вкратце озвучила основные моменты (наверное, счастливые обладатели этих документов чаще всего интересуются именно этими аспектами при получении): у меня есть двадцать рабочих дней для подписания договора и возвращения одного экземпляра в «Киевоблэнерго» (технические условия являются неотъемлемым приложением к договору, так что один экземпляр ТУ также предстоит возвратить), стоимость присоединения указана в пункте 4. После этого последовало ненавязчивое предложение подписать договор и техусловия «не отходя от кассы», но богатый жизненный опыт поспособствовал отклонению этой заманчивой возможности: прочитаю–ка я этот договор очень скрупулёзно и внимательно, а потом не поленюсь ещё раз посетить «Киевоблэнерго» с подписанным экземпляром.

Технические условия

Несмотря на то, что ТУ являются приложением к договору, они были пришпилены перед первым его листом, потому и попали под моё пристрастное изучение первыми.

Одна из начальных позиций техусловий — «прогнозируемый год введения объекта в эксплуатацию» (под «объектом» подразумевается мой жилой дом, который пока ещё только строится). По непонятной причине в этой графе указан 2018 год, хотя ни в заявлении на присоединение, ни даже в устных беседах вопрос о сроках заверения строительства дома не возникал: при самых оптимистических прогнозах моё строение можно будет заселять к концу 2019 года.

Величина максимальной прогнозируемой нагрузки, категория электроснабжения и предполагаемое распределение мощностей (отопление, ГВС) взяты из заявления и вопросов не вызывают. Но в отношении источника электроснабжения значится полнейшая для меня абракадабра из букв и цифр, среди которых мне удалось распознать только «ЛЕП» (линия электропередач) и «ТП» (трансформаторная подстанция) — мелким подстрочным шрифтом указано, что в этом пункте содержатся сведения о диспетчерские названия линии и подстанции, номера опоры, ячейки или оборудования.

На этом вступительная часть заканчивается и начинается в такой же по размеру (одна страница), но гораздо более насыщенный раздел «Требования к электроустановкам заказчика», суть которого гораздо точнее и полнее отражается в первом и единственном пункте раздела — «Для получения мощности заказчику необходимо выполнить:» и перечень стоящих передо мной задач изложен в четырёх подпунктах этого единственного пункта:

1. Требования к проектированию и строительству
   • Выполнить внутреннее электроснабжение в соответствии с проектом.
   • Проектную документацию разработать в соответствии с требованиями ДБН В.2.5–23:2010 и предпроектных решений «Киевоблэнерго по определению точки присоединения электроустановки (предпроектные решения выдаются заказчику в течение 10 дней после внесения оплаты за присоединение). В проекте предусмотреть раздел по электрическому отоплению.
   • Предусмотреть установку вводно–распределительного устройства (ВРУ).
   • Смонтировать ввод на 0,4 кВ от выходных клемм расчётного устройства учёта до ВРУ. Если расстояние между этими точками превышает 10 м, предусмотреть установку линейного автоматического выключателя возле шкафа учёта.
2. Требования к изоляции, устройствам защитного отключения, средствам стабилизации, защиты от перенапряжения
   • Предусмотреть установку в ВРУ
     • на вводе — автоматического выключателя (АВ) с комбинированным разъединителем,
     • на групповых линиях, питающих розетки — устройства защитного отключения (УЗО),
     • на групповых линиях для освещения — АВ.
   • Рекомендуется установка реле напряжения для защиты от превышения допустимого уровня.
3. Требования к электроснабжению устройств и приборов, которые используются для строительства и реконструкции объектов электросетей.
   
   Присоединение электроустановок строительных механизмов возможно после обеспечения «Киевоблэнерго» технической возможности передачи электроэнергии в точку присоединения.
   • Внутреннее электроснабжения строительных токоприёмников определяется проектом.
   • Для электроснабжения строительных механизмов предусмотреть установку ВРУ.
   • Электроснабжение строительных токоприёмников определить отдельным проектным решением или разделом проектного решения, разработанного в соответствии с данным ТУ.
   • Возможность использования электрических сетей от точки присоединения до объекта заказчика для электроснабжения строительных механизмов выполнить по проекту.
   • После окончания строительных работ, схема питания строительных механизмов, не задействованная в питании объекта подлежит демонтажу.
4. Требования к безопасности электроснабжения
   • Заземление и защитные меры против поражения электрическим током выполнить в соответствии с главой 1.7 ПУЭ.
   • Защиту электрических сетей выполнить в соответствии с главой 3.1 ПУЭ.
   • В проекте предусмотреть меры по соблюдению охранных зон электросетей. Подключение электроустановок будет выполнено при условии соблюдения Правил охраны электрических сетей.
   • Защитные меры безопасности выполнить в соответствии с требованиями ПУЭ и «НПАОП 40.1-1.32.01. Правил построения электроустановок. Электрооборудование специальных электроустановок» (ДНАОП 0.00-1.32-01).

В самом конце документа, после реквизитов сторон и мест для подписей, имеется демократическое примечание мелким шрифтом о том, что обоснованность требований ТУ может быть обжалована в центральном органе исполнительной власти, реализующим государственную политику в сфере надзора в электроэнергетике. А ещё более мелким шрифтом указана фамилия и инициалы исполнителя, инженера–разработчика техусловий.

По ходу рассмотрения документа возникло несколько вопросов, для получения ответов на которые придётся провести личную встречу с исполнителем или его руководителями. Но сначала — перечень вопросов.

Как и почему «Киевоблэнерго» определил год ввода моего дома в эксплуатацию? Хотя это не совсем правильный вопрос, правильнее будет выяснить как изменить этот год на следующий и какие последствия могут при наступить в контексте присоединения к электросетям? В этом вопросе наблюдается полная неразбериха: по техусловиям мне предстоит до конца года выполнить внутреннее электроснабжение дома, но сделать всё необходимо по проекту. Сам проект должен быть разработан только после получения от «Киевэнерго» предпроектных решений, эти решения выдаются в течение 10 дней после оплаты мной присоединения, а оплата осуществляется после подписания договора.

Великая и безошибочная наука арифметика утверждает, что если я подпишу договор до 15 ноября (использую предусмотренные правилами 20 дней на его изучение), то предпроектные решения получу до 25 ноября. Я почти уверен, что имеющийся у меня проект электрооборудования, разработанный сгоряча в феврале 2014 года не соответствует выданным мне ТУ и предстоит разработка нового (об этом, кстати, совершенно непрозрачно намекнула мне сотрудица «Киевоблэнерго», принимавшая у меня заявление на присоединение). Проектировщик, очевидно сотрудник «Киевоблэнерго» будет работать над моим проектом не покладая рук никак не меньше месяца, то есть, до 25 декабря. Таким образом на выполнение внутреннего электроснабжения мне отводится «целых» шесть дней до конца года. Смешно…

Оказалось, что ДНАОП означает «государственый нормативных акт по охране труда» (Державний Нормативний Акт про Охорону Праці), а приказ Министерства труда и социальной политики Украины №272 от 21.06.01 был в то время закодирован как НПАОП 40.1-1.32.01 (нормативно–правовий акт про охорону праці) и после принятия нового закона по охране труда переименован (в новом законе термин «нормативно–правовой акт» заменён на «государственный нормативный акт» — не удивлюсь, если под это переименование были защищены пара–тройка диссертаций) — вот так и существует один документ под двумя кодами. Беда и дополнительная головная боль заключается в том, что мне ещё предстоит освоить этот документ, чтобы проконтролировать соответствие будущего проекта этому приказу.

Это всё, так сказать, макропроблемы, но есть ещё нудные, въедливые уточняющие вопросы по каждому пункту–подпункту, но я избавлю от этой тягомотины моего любезного читателя: она предназначена для потребления исключительно ответственным сотрудником «Киевоблэнерго»

Коммунизм минус советская власть: второй заход

В разгар «развитого социализма» среди технической интеллигенции существовала саркастическая практика применять алгебраический подход к звонкому, но провалившемуся слогану ныне дисквалифицированного классика. Действительно, если A + B = C и B = C – A, то из фразы «коммунизм — есть советская власть плюс электрификация всей страны» логично следует вывод, что электрификация — это коммунизм минус советская власть.

Архив моего блога свидетельствует, что пять с половиной лет тому назад я тоже изголялся на эту же тему, но упёрся в нерушимую стену «Киевоблэнерго» и сдулся, прекратил барахтаться. Зато сейчас я настроен куда более решительно и полон агрессивности, чтобы продвинуться в вопросе электрификации, только не всей страны (тем более не далёкой и безразличной мне России), а лишь моего, отдельно взятого домохозяйства. Получается, что назревает целый цикл публикаций под стихийно сложившимся девизом: «К – СВ» (расшифровку см. в заглавии статьи; в середине не тире, а минус).

Читать дальше...

Что же изменилось со времён последнего «облома» в электрической проблеме?

Теперь к заявлению о присоединении к электросети, — именно так официально называется предстоящее действо, — прилагаются по одному экземпляру обязательных документов (напомню, что в начале далёкого 2013 года требовались по два), и на некоторых тонкостях приложений хотелось бы остановиться подробнее, но об этом чуть позже.

А сначала о заявлении. Его бланк вполне интуитивен но совсем не помешали бы инструкция или, хотя бы, пример заполнения. Например, в графе «Название объекта» не достаточно написать «жилой дом», а должно значиться «индивидуальный жилой дом». В части, касающейся надёжности электроснабжения следует выбирать III категорию, потому как для оплаты II категории придётся продавать не только собственные штаны, но и пелёнки–распашонки, и даже спиннер внуков.

Отдельная хитрость заключена в величине максимальной нагрузки, то есть, количестве киловатт, которое вы планируете потреблять после подключения (вернее, присоединения — всё время забываю правильный термин!). Дело в том, что тариф в диапазоне 1–16 кВт больше, чем для 16–50 кВт. Расчёты теплопотерь моего дома показали, что в самую холодную пятидневку мне для обогрева помещений потребуется около 18 кВт. Я решил поскромничать и заказать присоединение на 15 кВт (уж как–нибудь пяток деньков можно перекантоваться в не совсем комфортном тепле). Но оказалось, что гораздо дешевле подключаться на 17 кВт, и суммарная экономия составляет четверть от общей суммы! Ещё раз: присоединение на мощности 17 кВт в сумме дешевле на 25% по сравнению с подключением на мощности 15 кВт в сумме и эта разница составляет примерно 270 американских денег.

Теперь, как было обещано, несколько замечаний по тому, что прилагается к заявлению:

Викопіювання з топографо–геодезичного плану в масштабі 1:2000

Сельсоветский землеустроитель выкопировку в таком масштабе не производит, поэтому пожалуйте в добрую и отзывчивую коммерческую структуру (мне эта услуга обошлась в 250 гривень). Совершенно случайно выяснилось, что требуемый масштаб «слегка» не выдержан: простой замер линейкой ширины участка на плане после умножения на 2000 выдал величину, отличающуюся от реальной почти вполовину, то есть, масштаб приближался к 1:3500. Претензия к коммерческой компании была воспринята спокойно: дескать, районные электросети сами просят готовить выкопировки в более мелком масштабе, поскольку на плане 1:2000 не помещаются важные для привязки участка окрестности и коммуникации. Тем не менее, в дополнение к ранее полученной выкопировке в непонятном масштабе, я получил и «правильную» (на всякий случай). И оба варианта приложил к заявлению в «Киевоблэнерго» (на всякий случай, как вы понимаете).

Ситуаційний план

И сельский землеустроитель, и руководитель коммерческой компании, сделавшей мне выкопировку единогласно утверждали, что ситуационный план — безраздельная епархия районного архитектурного бюро. Визит в Бровары развеял этот миф: райархитектура вообще не представляет себе о чём идёт речь, поскольку термин «ситуационный» отсутствует в перечне планов, предусмотренных нормативными актами.

При подаче заявления в «Киевоблэнерго» выяснилось, что в качестве ситуационного плана запросто «прокатит» карта из Google Maps с отметкой положения участка и точкой в границах этого участка, где будет расположен счётчик электроэнергии.

Коллективный разум (совокупность моего и консультанта «Киевоблэнерго», принимавшего у меня документы) додумался использовать в качестве ситуационного плана ксерокопию одной из упоминавшихся ранее выкопировок: я собственноручно закрасил маркером прямоугольник своего участка и нарисовал жирную точку на его фасадной границе — у меня там уже давно функционирует временное подключение (см. фото справа)

Довідка щодо перепису з погосподарської книги

Эту справку я получил ещё в 2012 году для предъявления якобы в бюро технической инвентаризации: в ней определён почтовый адрес моего домохозяйства, без которого (без адреса) уже упоминавшееся районное архитектурное бюро тогда не могло произвести необходимые операции.

При заполнении заявления о присоединении сложилась несколько «корявая» ситуация: я честно указал давно привычный почтовый адрес, а прилагаемая копия госакта на участок об этом адресе совершенно не подозревала, поэтому указанный в госакте кадастровый номер никак не соотносился с почтовым адресом. Бюрократическая логика требовала какого–то документа, связывающего в неразрывное целое кадастровый номер и реальный адрес и я великодушно заслал копию справки шестилетней давности (а ничего с тех пор не изменилось!) в комплект приложений к заявлению.

В конце, довольно буднично, без шампанского и цыган с медведями, мне выдали «Уведомление о предоставленных документах по присоединению электроустановок к электрической сети».

Теперь, в течение десяти дней (рабочих или календарных?) должно свершиться реагирование на моё заявление и начаться какое–то движение в каком–то направлении: хотелось бы быстрого и в нужном. Ждём–с…

Газоотвод от газопровода

До сих пор я ни разу не обмолвился о газификации своего дома (ну, может когда–то и вылетело случайно одно–другое словечко, которое не воробей и, следовательно, его уже не поймаешь).

Дело в том, что проблема газификации нерушимо и безальтернативно упиралась в сооружение септика: от проходящего вдоль участка газопровода нужно сделать отвод к моему дому, и проходить этот отвод должен на расстоянии не менее 1,5 метров от сооружений, в моём случае от септика.

Проект газификации дома был разработан и утверждён ещё в марте прошлого года, но проложить трубу не было никакой возможности: септику было уготовано совершенно определённое место, а неточная трассировка газовой трубы могла внести дополнительные трудности с позиционированием локальных очистных сооружений: пусть уж лучше газовщики пляшут от фактического расположения септика и теперь отступ в 1,5 метра — их головная боль.

Первым делом я совершил экскурсию в броварскую районную газовую контору, что по улице Шевченко,4 (фото вверху справа: непонятно, почему на часах кабульское время — я вышел из конторы в два часа пополудни, впрочем, не исключено, что эти часы показывают точное время только два раза в сутки).

Читать дальше...

Не перестают меня удивлять совпадения и случайности, происходящие со мной в славном райцентре под названием Бровары! В 2012 году меня кружило в районе бульвара Независимости — сначала 56 дней мы с Держкомзёмом плющили друг друга, потом архитектурно–планировочное бюро неистово ваяло строительный паспорт.

Позже «направление главного удара» переместилось на улицу имени украинского Кобзаря: сначала — райотдел архитектуры, через год — бюро технической инвентаризации (обе конторы находятся в доме №8А по улице Тараса Шевченко), а ещё через год, то есть, в текущем году — Броварской филиал по эксплуатации газового хозяйства публичного акционерного общества по газоснабжению и газификации «Киевоблгаз» (у меня еле хватило терпения написа́ть полное название, надеюсь у вас хватило терпения его прочитать). Находится эта газконтора — именно под таким названием этот филиал известен широким трудящимся и тунеядствующим массам, а также Викимапии — на той же улице в доме №4, всего в 160 метрах от райархитектуры и БТИ. На панорамной фотографии внизу видны и дом №8А (в крайней левой части фотографии) и подразделение «Киевоблгаза» (на фото — крайнее здание справа; кстати, изображён не перекрёток, а прямая улица — просто на панорамном снимке сильно искажена перспектива):

На втором этаже обнаружился нужный мне кабинет, и я возрадовался: как мне повезло, что попал я в газконтору именно в приёмные дни, то есть, в один из приёмных дней, то есть, в один приёмный день.

Говорят, самый короткий рабочий день у водолазов, но и они могут утонуть от зависти, узнав, что служба газификации «пашет» по четыре часа в неделю с перерывом на обед (я знал, что вы мне не поверите, поэтому сфотографировал табличку).

Руководителя службы газификации имеющийся у меня проект не удовлетворил: возникло много технических вопросов, соответственно выросло ветвистое дерево возможных путей реализации этого проекта.

Тот факт, что имеющийся у меня проект был утверждён в марте прошлого года даёт возможность газифицировать мой дом «по–старому», в отличие от нововведения — стандартного подключения. Меня в течение полутора лет не покидают сомнения: не прогадал ли я, поддавшись на уговоры владельцев газопровода и согласившись оформить проект в последние дни перед вступлением в силу новых правил, или лучше бы газифицировать дом по стандартному подключению?

В целом, выполнение работ по газификации разбивается на два этапа: наружная часть — от газопровода до счётчика (до жёлтого ящика на внешней стороне стены дома) и внутренняя — от счётчика до горелок в плите и котле.

В первом приближении, в рамках подключения «по–старому», стоимость первой части (наружной) может составить около 12000 гривень, а второй — около 5000. Сокрушённо качая головой, кряхтя и тяжело вздыхая, возвратился я в Киев. Подключение «по–новому», по тем же предварительным оценкам, может обойтись на пару тысяч дешевле, но потребует разработку, согласования и утверждения нового проекта. Стоит ли оно таких усилий?

Может, поискать альтернативных исполнителей проекта? Впрочем, а зачем их где–то искать — они уже давно есть: хозяева газовой трубы, разработавшие пару лет тому назад проект подключения моего дома к этой самой трубе.