Практикум по планированию строительного сезона

Посреди прошлогоднего лета случилось мне пофилософствовать на лингвистическую тему — о многозначности слова «планировать». Сейчас, накануне нового строительного сезона, пришло время углубиться в другие два значения столь универсального глагола: «продумывать последовательность будущих действий» и «собираться, намереваться что-либо сделать».

Первый строительный сезон (прошлогодний) оказался незамысловато прямолинейным и одновекторным: смонтировал фундамент, на него взгромоздил стены первого этажа из газобетонных блоков, на них — деревянный каркас второго этажа, потом чердак со стропильной системой, кровельное покрытие и водоотвод. В общем, «кирпич на кирпич», и коробка дома готова!

Однако продолжение сладострастного процесса дальнейшего возведения «родового гнезда» уже на этапе предварительного обдумывания сразу обрастает клубком неразрывно взаимосвязанных проблемок, проблем и проблемищ.

Читать дальше...

По старой и, нужно заметить, доброй традиции, привитой ещё классической социал–демократической идеологией, конечная цель сезона сформировалась в виде двух, вложенных друг в друга, программ: минимум и максимум.

Конечный результат базового варианта программы–минимум представляется в виде законченного цокольного перекрытия. В качестве программы–максимум видится, конечно же, полное завершение строительства, но плачевный опыт КПСС с её программой–максимум, предусматривающей построение в СССР к 1980–м годам коммунизма, настраивает на более осторожное и реалистичное отношение к громадью целей (где сейчас коммунизм, где КПСС, где СССР?). Поэтому моя программа–максимум выдержана в пастельных тонах: имеет достаточно расплывчатую формулировку «сделать как можно больше», то есть «как минимум по максимуму». Есть среди меня предчувствие, что во второй половине нынешнего лета эта формулировка может обрести более конкретное выражение.

Но начинать нужно с программы–минимум, в которую входит уже упомянутый базовый вариант, а также формирование внешней обшивки каркаса второго этажа. Вторая (она же «второэтажная») часть минимальной программы видимых проблем не вызывает (по крайней мере, на невооружённый глаз), кроме определения номенклатуры и расчёта количества потребных материалов, поиска исполнителей и контроля за качеством выполнения работ, поэтому идеально вписывается в незамысловатую технологию «кирпич на кирпич«. А вот формирование цокольного перекрытия скрывает в своих глубинах коварные подводные камни. Вот где пригодились бы знания, которые безуспешно пытались втиснуть в инженерно–ориентированные студенческие головы преподаватели бройлерного (всего один семестр) курса организации и планирования промышленности.

	Монтаж цокольного перекрытия сводится к трём основным этапам, обусловленным его конструкцией: укладке несущих балок, закладке между балками теплоизоляции и накрытию настилом чернового пола. На практике, количество операций существенно превышает упомянутые три: нужно собирать составные балки, крепить сетку по нижним торцам балок, после укладки теплоизоляции — устанавливать лаги (кстати, не совсем понятно, почему они традиционно устанавливаются поперёк балок, а не вдоль). В целом, весь этот комплекс на последующих схемках в левой колонке обозначен одним компонентом — как «монтаж перекрытия«. Упоминание на размышлятельной схеме (картинка слева) отопления связано с тем, что до накрытия чернового пола (последнего этапа монтажа перекрытия) необходимо иметь проект системы отопления, поскольку водяные тёплые полы коренным образом изменяют конструкцию черновых полов в некоторых помещениях, а отопительные трубы, подающие теплоноситель к радиаторам, необходимо прокладывать по лагам (спрятать в пол или под пол). Поэтому, несмотря на то, что для укладки балок перекрытия наличие проекта системы отопления не требуется, откладывать этот вопрос в долгий ящик не желательно.
	Моё цокольное перекрытие будет опираться на внутренний край железобетонного ростверка (на котором уже стоят стены первого этажа) и возвышаться над поверхностью участка примерно на 50 см, то есть фактически висеть в воздухе. Такая конструкция цокольного перекрытия (называется «с холодным подполом») несёт в себе угрозу накопления и сохранения влаги, поступающей как из дома, так и извне. Поэтому, очень важно обеспечить хорошую вентиляцию этого подполья — по крайней мере, в период отсутствия снегового покрова и минусовых температур. Короче, без вентиляционных продухов никак не обойтись. В моём случае, проблема заключается в том, что эти вентиляционные отверстия можно устроить только под ростверком, удалив в нужных местах пенопластовую подложку под железобетонной лентой — примерно там, где на правом фото нарисован тёмно–оранжевый прямоугольник. (Примечание: решение, выделенное розоватым цветом, оказалось ошибочным, подробее см. здесь) Но это ещё не вся проблема: дело в том, что на завершающем этапе строительства планируется подъём уровня земли вокруг дома на 40 см, то есть примерно до тёмно–оранжевой линии на той же фотографии. В общем, нужно сварганить вентиляционные ходы, которые обеспечивали бы забор внешнего воздуха выше будущего (проектного) уровня участка. А устанавливать эти устройства, во избежание теплопотерь, можно будет только после утепления фундамента.
	Необходимость заштукатуривания внутренней поверхности стен до установки балок перекрытия очевидна: балки попросту перекроют доступ штукатурам к самой нижней полосе стены шириной, как минимум, 200 мм — именно такая у меня высота балок цокольного перекрытия. И дело не в эстетической стороне вопроса, дескать, всё–равно под полом не видно есть там штукатурка или нет. Дело в теплосбережении и ветрозащите. Можно, конечно, попробовать оштукатурить только эту полоску внизу стены: заодно узнаю как и сколько времени над этим предложением будут смеяться штукатуры. Поэтому, на данный исторический момент, похоже, нет разумной альтернативы нанесению штукатурки сразу на всю внутреннюю поверхность стен. Прокладка кабелей электроснабжения, как правило, связана с необходимостью долбания–штробления стен и, даже при наличии неистового стремления минимизировать эту необходимость, полностью исключить её не удастся. Можно, конечно, удариться в ретро–технологии и устроить наружную проводку, но подобный экстремизм не для меня. В общем, перед началом штукатурных работ должны быть предустановлены все необходимые компоненты электроснабжения (кабеля, распределительные и монтажные коробки и т.п.), а перед этим — разработана схема электропроводки. Причём, речь идёт не только об электроснабжении, но и охранной сигнализации (непросто сейчас жить в стране, в том числе в сельской местности), телевизионном кабеле, возможно, телефонном (миниАТС — удобная штука в двухэтажном доме: «Охапкин, возьми трубку, я с тобой буду разговаривать»)
	Решил я проложить водовод от скважины до накопительной ёмкости под домом. Несомненное преимущество такого решения заключается в том, что трубу можно не слишком заглублять в землю (в цоколе не будет морозов), а внешний участок трубопровода можно и утеплить (скважина будет находиться за пределами дома). Есть, однако, и опасения: что будет, если труба начнёт протекать (например, заводской дефект или мыши прогрызли)? Впрочем, лучше переживать неприятности по мере их поступления: если такое случится, буду искать другое решение. На фото справа голубым цветом отмечена примерная трасса подающей водопроводной трубы, а жёлтым — плоскости, на которые будут опираться балки цокольного перекрытия. Ну, и для того, чтобы правильно проложить трубу, нужно, кроме уже известной точки раздачи живительной влаги внутри дома, знать пока неизвестную точку добычи упомянутой влаги из земных недр. Другими словами, пока не будет пробурена и обустроена скважина, за прокладку трубы нечего и браться (что, собственно, и отображено на схемке слева). Кстати, электричества на участке пока нет и запитать скважинный насос пока нечем.
	Как в нашей повседневной жизни всегда есть место для подвига, так и в строительстве всегда нужно ожидать малоприятных, досадных неожиданностей. Например, открытым остаётся вопрос с прокладкой отводной трубы от дренажной траншеи, входящей (или всё–таки не входящей?) в «локальную систему очистки сточных вод» Будоражит меня идея проложить эту трубу под домом — так же, как проложена водопроводная труба от скважины (на фото вверху справа примерное расположение отмечено оранжевой линией): есть очевидные плюсы и не менее очевидные минусы (как говаривал Димон, «чё–та я очкую, Славик»). Также пока открытым остаются вопросы с конструктивными решениями о выходе из дома канализационной трубы и вводе подземного силового кабеля электроснабжения (проект подвода пока ещё не готов), как–то нужно будет и заземление на щиток заводить (а там прогнозируется стальная полоса — это вам не проводок в дырочку просунуть!). А ещё есть молниезащита, — пока кроме названия я ничего о ней не знаю — вдруг её тоже придётся из дома под землёй выводить наружу? Не исключено, что эти или какие–нибудь другие, ещё неизвестные проблемы придётся решать после устройства перекрытия, горько сожалея, что не учёл их в схемках–картинках, что разместились в левой колонке. Ладно, пожуём — увидим!

Что же получилось в конечном итоге? Вырисовывается более–менее конкретная последовательность задач, решение которых, с высокой степенью вероятности приведёт к выполнению базовой программы–минимум. На схемке справа приведены &laqou;гроздья&raqou; задач, последовательное выполнение которых (снизу вверх) позволит обеспечить выполнение каждого отдельного блока: например, чтобы закрыть &laqou;электрический&raqou; блок нужно последовательно выполнить работы по пунктам 2,6 и 8. Но чтобы технологически правильно решить весь комплекс задач, необходимо выполнять работы в последовательности, обозначенной сквозной нумерацией:

1. разработка конструкции и изготовление вентиляционных ходов для цокольных продухов,
2. разработка схемы внутренней электрической разводки,
3. бурение и обустройство скважины водоснабжения,
4. разработка проекта отопления дома,
5. укладка гидро– и теплоизоляции внешней поверхности фундамента,
6. штробление стен, укладка кабелей, установка монтажных и, если требуется, распределительных коробок,
7. копание траншеи, укладка водоподающей трубы и питающего насос кабеля,
8. оштукатуривание внутренних стен дома,
9. установка вентиляционных продухов, оштукатуривание теплоизоляции фундамента.
   
   После этого устанавливаются балки перекрытия и между ними укладывается теплоизоляция.
   
   
10. Установка чернового пола, включая укладку труб системы отопления (подача горячей и отвод отработанной воды для радиатором, водяной тёплый пол).
11. ? (в смысле, пока не понятно).

Вот, сделаю всё это и будет мне счастье!

Бетономешалка, которая не помешает

Среди всенепременных требований строителей, которые взялись класть мне прошлым летом стены из газобетона, числился прибор для замешивания цементно-песчано-щебёночно-водяной смеси, более известной в народе как бетон или цементно–песчаный раствор (если без щебня). Хотя объёмы локального бетонного производства предстояли не слишком большие, всё-равно, изготовить лопатой в старой лоханке необходимое количество раствора для заливки перемычек над проёмами дверей и окон, а потом и армопояса, вряд ли удалось бы.

Надеюсь, читатель понимает, что до того времени я имел весьма расплывчатое представление о рассматриваемом предмете и, поэтому, незамедлительно бросился в бурные воды Сети, чтобы получить хоть какое–то представление о видах, типах, размерах, ценах и т.п. На одном из последних этапов этого разбирательства я почти остановил свой выбор на российском агрегате РОСТЕХ — умеренная цена (мне, после окончания стройки, бетономешалка вряд ли понадобится, а строители с высокой степенью вероятности её с энтузиазмом угрохают, "так зачем платить больше?") и необходимый объём (было заказано устройство с объёмом бака 140–160 литров) удачно сочетались в выбранном мною образце.

Читать дальше...

Эта статья может и вовсе не появилась, если бы мне не попался "монопродавец" — торговец, продающий только бетономешалки и запасные части к ним. Он–то меня окончательно и просветил, можно сказать, открыл глаза.

Итак, имея ввиду оптимальное сочетание цены и качества, в профессиональном или полупрофессиональном сегментах рынка заслуживают внимания только венгерские бетономешалки AgriMotor, хорватские Limex и словенские Altrad. Все эти бренды находятся в одинаковом ценовом диапазоне, со слабо выраженной тенденцией небольшого возрастания цены от Агримотор до Альтрада, с Лимексом посередине (впрочем, всё зависит от конкретного продавца). Следует заметить, что речь идёт о бетономешалках с объёмом бака–барабана до 180 л: всё, что больше — это уже совсем другая история. Так вот, именно упомянутые бетономешалки пользуются неизменной популярностью у строителей. Это косвенно подтверждают и сайты мелких интернет–продавцов, на которых представлены, главным образом, эти марки в различных комбинациях: если спрос рождает предложение, то мелкий торговец предлагает только то, что чаще спрашивают.

Конечно, на сайтах интернет–супермаркетов, да и в обычных строительных супермаркетах можно найти и тот же РОСТЕХ, и безбрежное разнообразие китайских Intertool, Бригадир, и более распространённые NoName. Однако, и AgriMotor, и Limex, и Altrad изготавливаются с барабанами из металла оптимальной толщины, оснащены двигателями необходимой мощности и имеют гарантированную долговечность при разумной эксплуатации. Цена же превосходит стоимость аналогичных моделей РОСТЕХ всего на 20%.

В общем, я остановился на хорватском изделии с объёмом барабана 165 литров с твёрдой уверенностью, что эта бетономешалка останется в работоспособном состоянии после окончания стройки и мне удастся её, при необходимости, продать новым самостройщикам.

Обидно, что этим мечтам не судилось сбыться — за долгую и снежную зиму лиходеи коварно увели мою бетономешалку прямо «из стойла».

Физические основы тандырной кулинарии

Уже после принятия мной судьбоносного решения о возведении на подворье, в более или менее отдалённой перспективе, стационарного тандыра, один из уважаемых виртуальных клубов почитателей керамических печей опубликовал интересное сообщение — цитату без роду–племени, то есть неизвестного происхождения:

Все дело в волнах, излучаемыми металлом, из которого сделаны стандартные печи. Эти волны длиной в несколько сот микрометров, но низкой плотности. А глина, или, говоря по другому, керамика, из которой сделаны тандыры, где пекутся лепешки, наоборот, излучает волны длиной в десятки раз меньше, зато очень высокой плотности. Именно эта плотность и способствует тому, что пропекается каждый микрометр лепешки. А короткая длина волны не позволяет сжигать питательные вещества. Вот и получается лепешка такой вкусной и ароматной, что ее можно съесть за обедом в качестве основного блюда.

«Вкусившие от тандыра» единодушны в своём вердикте: его продукция гораздо вкуснее, чем еда, приготовленная на плите, да и многими другими способами. Можно, конечно, объяснять этот эффект особой аурой глины, особенностью продуктов горения некогда живых поленьев, влияниями прочих тонких материй, однако, должны быть и вполне материальные, рационально объясняемые факторы воздействия теплового (то есть, инфракрасного) излучения на пищевые продукты (то есть, белки, жиры и углеводы) в замкнутом пространстве (то есть, равномерно со всех сторон прогреваемой паро–газовой среде стабильного состава).

Читать дальше...

До описываемого момента я имел весьма общее (читай «смутное») представление об инфракрасном излучении, но изложенная точка зрения «зацепила» — показалась интересной и продуктивной — и назойливо требовала разобраться в проблеме самостоятельно по причине неведения относительно авторитетности и компетентности автора этого заявления.

Как принято в приличных домах, изучение вопроса началось с Википедии, хотя бы потому, что какой–то из американских штатов даже разрешил использовать сведения из этого ресурса в качестве доказательства в суде (я с них просто улыбаюсь!).

Если рассматривать эту диаграммку в лучах видимого света, то отчётливо просматривается, что наибольшая длина волны ИК–излучения (примерно, 2000 мкм = 2×10^–3 м = 2 мм ) граничит с микроволновым излучением (СВЧ), широко известным в быту благодаря микроволновым печам.

На случай, если мой любезный читатель в своём босоногом детстве пренебрегал малоинтересными для пытливого, но неокрепшего ума уроками физики, напомню, что мкм (микрометр, он же микрон) — одна миллионная часть метра, то есть, одна тысячная доля миллиметра, то есть, 1 мкм = 10^-6 м = 10^-4 см = 10^-3 мм = 10⁴ Å (а́нгстрем).

Наверное, будет уместно также напомнить, что длина волны навечно и неразрывно, как хлеб с маслом в бутерброде, связана с частотой волны. Для исследуемых нами электромагнитных волн (да–да, инфракрасное излучение является электромагнитным!), частота в герцах (Гц) вычисляется делением скорости света (3×10⁸ м/сек) на длину волны в метрах. Если получается слишком большая величина, то её можно выразить в килогерцах (1 кГц = 1000 Гц = 10³ Гц) или мегагерцах (1 МГц = 10⁶ Гц).

Нам ещё понадобится энергия кванта: так вот, она вычисляется умножением постоянной величины (4×10^-15) на частоту в герцах, результат получается в электрон-вольтах (эВ).

Справедливости ради, необходимо заметить, что бытовые СВЧ–печи работают на частоте 2450 Мгц (2,45×10⁹ Гц), что соответствует длине волны 12,24 см (122,4 мм), то есть в 60 раз большей, чем максимальное ИК–излучение. А ради ещё одной справедливости, следует уточнить, что длинноволновая часть ИК–диапазона, вместе с примыкающим куском СВЧ–диапазона иногда выделяются в отдельное, самостоятельное терагерцовое излучение. Впрочем, как на мой взгляд (тоже, кстати, функционирующий в лучах видимого света), это попахивает вульгарной схоластикой.

Противополжная граница ИК–диапазона — там, где инфракрасный жар перетекает в видимый алый багрянец пурпурного кумача, — отмечена длиной волны 0,74 микрон (0,74 мкм = 7,4×10^–7 м = 0,000074 мм), то есть длина волны ИК–излучения от одного до другого предельного значения изменяется в 2700 раз. Широкое, надо сказать, поле для тепловой деятельности…

Вот, в чём уж точно не обманул неизвестный автор приведенного в начале статьи высказывания, так это в том, что широкий ИК–диапазон содержит и короткие, и длинные волны (относительно короткие и относительно длинные) — условно делится на три поддиапазона и более длинным волнам присуща меньшая энергия квантов:

название	длина волны, мкм	частота, 1013 Гц	энергия, эВ
коротковолновый (ближний, NIR)	0,74–5	40	1,7
средневолновой (IR)	5–30 (иногда до 50)	6	0,25
длинноволновой (дальний, термальный, FIR)	30–2000	1	0,04

На интересные неспешные размышления наводят кривые Планка, известного исследователя абсолютно чёрного тела (АЧТ). Графики распределения спектральной излучательной способности АЧТ на красивой, но довольно общей картинке, расположенной слева, показывают, что максимальная мощность излучения (по вертикальной оси) при температуре 500 К (оранжевая кривая), то есть 227°C, приходится на длину волны 5–6 мкм (по горизонтальной оси).

Выбеленная полоса на графике в районе длины волны 0,5 мкм обозначает область видимой части спектра, следующая полоса (2,5–5 мкм) выделяет область ближнего (коротковолнового) ИК–излучения, а третья (7–14 мкм) почему–то отнесена бостонским Центром подготовки специалистов по ИК–излучению (именно оттуда я стырил эту картинку) к длинноволновой области ИК–излучения (что тут скажешь — это не первая и не единственная странность американцев).

Менее красочный, но гораздо более информативный график кривых Планка изображён справа. Из него следует, что для основной рабочей температуры тандыра (200–250°C), наиболее мощное излучение АЧТ приходится на длину волны в районе 5–6 мкм (горизонтальная шкала — логарифмическая, поэтому цена деления переменная). Собственно, в приближённых оценках нет никакой необходимости: вычислить длину волны, которой соответствует максимальная энергия для интересующей нас температуры, можно разделив 2,9 на температуру в градусах Кельвина (0° C = 273 K), результат получается в миллиметрах. Таким образом, при температуре АЧТ 200° C максимальная энергия приходится на излучение с длиной волны 6 мкм (0,006 мм), а при 250° C — 5,5 мкм.

Самое время задать совершенно логичный двуединый вопрос: где АЧТ, а где тандыр? Дело в том, что при длинах волн 8–14 мкм керамика имеет степень «черноты» 91–95%, то есть очень похожа на АЧТ, в то время как у чугуна, меди, алюминия она составляет не более 4%. Зато у стали этот показатель находится в диапазоне 0,5–0,7: вообще–то, тоже неблизко к АЧТ, но уже кое–что.

Интересно, есть ли какой–нибудь скрытый смысл в том, что оптимальный для тепловой кулинарной обработки диапазон находится между окнами инфракрасной прозрачности земной атмосферы? Или это простая случайность… Как бы там ни было, но вряд ли этот факт прольёт свет на тайну неземного вкуса тандыр–нона.

Инфракрасное излучение, проходя через атмосферу Земли, частично рассеивается молекулами азота и кислорода, а также различными твёрдыми частицами, содержащимися в воздухе. А вот молекулы воды и углекислого газа охотно поглощают ИК–излучение. Как бы там ни было, но атмосфера существенно ослабляет это излучение.

Вместе с тем, в приземных слоях атмосферы существует несколько «окон прозрачности», которые пропускают ИК–излучение определённых длин волн.

В ближнем диапазоне выделяют два окна прозрачности: 2–2,5 мкм и 3,5–4,2 мкм хотя на графике явно просматривается ещё и окно в диапазоне 1,5–1,7 мкм. Это, наверное, какое–то секретное окно или «только для своих».

Есть окошко прозрачности в среднем диапазоне (8–14 мкм) — достаточно широкое, но с немного худшими показателями пропускания.

А дальше — окна прозрачности для радиоволн с длиной волны от 1–3 мм, но это уже другая история.

Теперь настало время более пристально присмотреться к энергии квантов ИК–излучения. В целом, от энергии квантов напрямую зависит способность излучения производить определенное воздействие на вещество. Многие процессы в веществе характеризуются пороговой энергией — если у квантов этой энергии недостаточно, то, как бы много их ни было, они не смогут спровоцировать надпороговый процесс.

Если что и сможет сделать СВЧ–квант с энергией 0,00001 эВ в домашней микроволновке, так только «возбудить вращательные уровни основного электронно–колебательного состояния некоторых молекул, например воды», в то время, как ИК–кванта, с его 0,25 эВ вполне хватает «для возбуждения колебательных уровней основного состояния в атомах и молекулах». Для сравнения, кванты видимого света (2-3 эВ) способны нарушать химические связи и провоцировать химические реакции (не храните продуты и лекарства на свету!), а энергии ультрафиолета (3,3–6 эВ) уже достаточно для ионизации атомов, и это уже опасно для жизни.

Если перевести малопонятные цитаты о «возбуждении вращательных и колебательных уровней» на человеческий язык, то речь, скорее всего, идёт о способности СВЧ–печей своим электромагнитным полем вращать только молекулы воды, содержащиеся в продуктах, тем самым нагревая их (что–то вроде внутренней варки). ИК–излучение тоже вращает молекулы, но уже не только воды, а и белков, жиров, углеводов. В дополнение к этому, ИК–излучение заставляет эти молекулы и даже составляющие их атомы колебаться друг относительно друга — более высокий и качественно иной уровень энергетического взаимодействия — белки, жиры и углеводы напрямую меняют свою структуру, без всяких посредников.

Так где же, всё–таки, «der Hund begraben»? Получается, что максимальная интенсивность (то есть, плотность) ИК–излучения для стальной духовки при температуре 200°C действительно меньше плотности излучения глиняного тандыра и разница эта может составлять 20% и больше. Не исключено, что максимумы интенсивности тоже сдвинутся в сторону увеличения длины волны, однако не столь значительно, чтобы длина волны излучения стали заползла в зону длинноволнового излучения.

В общем, возвращаясь к приведенному в начале статьи физическому обоснованию причин удивительного вкуса тандырной продукции, можно с уверенностью констатировать: «так–то оно так, но трошечки не так». Действительно, и интенсивность (плотность) излучения у глиняного тандыра больше, и длина волны короче, но различия эти не такие уж кардинальные. Впрочем, человеческое восприятие полно загадок и непредсказуемостей: наш глаз способен различать при благоприятных условиях около 100 оттенков по цветовому фону (в диапазоне длин волн от 0,38 до 0,74 мкм, то есть от фиолетового, через всю радугу, до красного), наше ухо в диапазоне от 20 до 20000 Гц воспринимает два звука (простых тона) как различные, если они отличаются по частоте на 0.3% в районе 3 кГц и на 4% в районе 100 Гц при том, что частоты нот с полутонами (две соседние клавиши фортепьяно, чёрненькая и беленькая) различаются примерно на 6%.

Можно смело предположить, что результаты воздействия на пищевые продукты ИК–излучений, различающихся на 20 и более процентов, позволят почувствовать разницу не только вкусовым рецепторам выдающегося гурмана–дегустатора (такого, как, например, князь Л.С.Голицын ), но и рядовому любителю вкусно поесть.

Ходят байки, что одним из популярных развлечений на великосветских тусовках конца XIX века в Крыму была дегустация Львом Сергеевичем винной смеси: участники мероприятия смешивали в бокале до 16 сортов вина, а князь на вкус определял все компоненты.

А ещё, в Массандре любят рассказывать историю о том, как князь, хвастаясь своим детищем перед заезжей знаменитостью, известнейшим греческим виноделом–дегустатором, заметил, что в одном из образцов вина, поданных на дегустацию, присутствуют посторонние привкусы железа и кожи. Грек подтвердил наличие в вине железной темы, но возразил против кожаной. Когда всё вино из тысячелитровой бочки было вычерпано, на дне обнаружился железный ключ на кожаной тесёмке, вероятно оброненный каким–то нерадивым работником.

В завершение, позволю себе тоже выдвинуть версию причин, приводящих к образованию тандырной вкуснятины (хотя совершенно не факт, что именно здесь «собака зарыта»).

Итак, тандыр и русская печь (рисунок внизу слева) работает исключительно на инфракрасном излучении (закрашено красноватым цветом) после длительного и основательного прогрева. ИК–лучи проникают в продукт на всю глубину и все процессы, связанные с тепловой обработкой — сворачивание (коагуляция) белка, расщепление жиров, клейстеризация углеводов — происходят сразу и везде: нет акцентированного источника тепла, нет движения парогазовой среды в замкнутом пространстве.

В случае мангала и помпейской печи (печи для пиццы), в процессе приготовления пищи участвуют не только ИК–излучение от стенок устройства (на среднем рисунке окрашено в розовый цвет), но и дополнительные источники тепла — угли и, даже иногда, открытый огонь (красные пятна). Разность температур вызывает конвекционные потоки, то есть движение воздуха в зоне приготовления (обозначены сиреневым цветом), поэтому создаётся неравномерность нагрева отдельных частей продукта: и пиццу, и шашлык, и барбекю нужно постоянно поворачивать разными боками к источнику тепла.

Приготовление пищи на плите (правая картинка) сочетает в себе и инфракрасную, и конвекционную компоненты, но существенную роль в теплопередаче здесь играет теплопроводность (отмечена жёлтым цветом в зелёной кастрюле) — передача энергии от молекулы к молекуле по цепочке.

Таким образом, коренное отличие приготовления пищи в тандыре заключается в том, что тепловое воздействие на продукты происходит одновременно по всему объёму, в отличие от прочих, где процесс идёт от поверхности вглубь постепенно. Приходит на ум стейк «rare», с кровью, обжаренный только снаружи и сырой внутри. Кстати, для получения стейков готовности от «medium» и выше, их рекомендуется после быстрой сильной обжарки «доводить до кондиции» в хорошо прогретой духовке, то есть в инфракрасном устройстве.

Ну, а если к этому ещё добавить разницу в длинах волн и плотностях энергии…

Прерванная песня ветра

Одной из первоочередных задач нового строительного сезона выступает формирование стен второго этажа: пришло время деревянному «скелету» обрастать «кожей», а потом уже и «мясом».

Под кожей подразумевается внешняя обшивка каркаса дома, включая слои листового утеплителя, ветрозащиты и, наконец, декоративный фасад. Ещё на первых этапах проектирования каркаса я провёл достаточно подробное изучение свойств листовых (плитных) материалов и решил, что тепло– и ветрозащитный слои обшивки будут выполняться из мягкой ДВП. Вот, только раздобыть материал требуемого качества, подходящего размера и приемлемой стоимости оказалось достаточно проблематично.

На текущий момент, софтборд (он же МДВП) представлен на рынке двумя известными брендами: Steico (изготавливается в Польше) и Isoplaat (изготавливается в Эстонии). По своим физическим, техническим и эксплуатационным характеристикам эти продукты мало чем отличаются друг от друга, и наибольший интерес для меня предоставляют тепло–ветрозащитные плиты с оформлением кромок по схеме «паз–шип».

Читать дальше...

У Steico этой схеме соответствует линейка Universal, но она в Украине пока не представлена. Эстонская фирма предлагает кровельную плиту нужного мне формата размером 25×750×2500 мм по цене 7€ за м² (около 73 грн. на текущий момент). Но, во–первых, такой лист тонковат (я рассчитываю хотя бы на 35 мм толщины), а, во–вторых, листы Steico Standard (хоть и без пазов и шипов, но с такой же плотностью материала — более 230 кг/м³) сто́ят существенно дешевле: 48 грн./м². Кстати, стеновая плита Isoplaat, без пресловутого паза–шипа и с уже упомянутой плотностью продаётся по цене 62 грн. за квадратный метр — небольшое послабление для народа.

По всему выходит, что насладиться мне всеми прелестями пазошиповой установки листов мягкого ДВП не судилось. Поэтому, волей–неволей, приходится обращать свой взор в сторону Steico.

Из наиболее подходящих для моих задач вариантов я остановился на линейках Steico Therm (плиты плотностью 160 кг/м³) и старом добром знакомом Steico Standard. Меньшая плотность Steico Therm указывает на улучшенные (по сравнению со Steico Standard) тепло– и звукоизоляционные свойства материала, а более высокая плотность Steico Standard — на более убедительную ветрозащиту (хотя и в тепло–звукоизоляцию эти листы вносят вполне существенный вклад). Поскольку плита Steico Standard предназначена для ветрозащиты (в том числе), есть основания подозревать, что при её производстве использовались добавки, усиливающие её сопротивляемость атмосферным осадкам (по крайней мере именно ветрозащитные листы Isoplaat с этой целью дополнительно пропитываются парафином). К сожалению, какой–либо информации по этому вопросу на сайте представительства компании в Беларуси нет, а на основном сайте Steico вообще отсутствует упоминание о линейке Standard — видимо, в наших краях распродаются остатки продукции, снятой с производства.

Итак, выход такой: снаружи деревянного каркаса укладываются листы Steico Therm 20×600×1350 мм с зазором по контуру 2 мм, а поверх них, с отступом в 500 мм от стыков предыдущего слоя — плиты Steico Standard 19×1200×2500 мм без зазора между собой. Суммарная толщина ветро–тепло–звукоизоляции составит 38 мм при стоимости 74 грн./м². Вот, так и паз–шип получился, но в 1,5 раза дешевле…

Поскольку нет уверенности во влагозащите плит Steico Standard, то у Steico Therm её нет и подавно – отсюда необходимость соблюдения монтажных зазоров между листами Steico Therm на случай возможного разбухания их торцов при изменении уровня влажности конструкции в процессе эксплуатации. А ещё, было бы неплохо, наверное, перед установкой второго (внешнего) слоя обшивки промазывать стыки первого слоя клеем (на рисунке проклеенная полоса на Steico Therm выделена более тёмным цветом), но относительно целесообразности этого компонента я ещё окончательно не определился.

Следующий шаг — установка обрешётки: на каждой стойке крепится деревянный брусок 30×40 мм, по длине равный сумме высот стойки, лежня и мауэрлата.

И, наконец, на обрешётку крепятся доски 25×200 мм с нахлёстом 20–25 мм, «ёлочкой». По моим расчётам, это самый простой и бюджетный вариант оформления вентилируемого фасада.

В результате — «песня ветра» будет гарантированно неслышна.

А что у нас будет там, сбоку от веранды?

«Какая песня без баяна?» поётся в известном советском шлягере, написанном выдающимся мастером, но я лихо пою его на свой лад: «Какая хата без мангала?», совершенно не претендуя при этом на собственную выдающественность. Для меня наличие в загородном доме (точнее, во дворе загородного дома) устройства для приготовления пищи на «живом», натуральном огне сомнению не подлежит, причём никогда в жизни и на свете.

Можно, конечно, соорудить на скорую руку какую–нибудь незамысловатую конструкцию из кирпичиков и прочего строительного хлама, а потом, присев на корточки, крутить шампуры, щурясь от дыма и следя, с переменным результатом, за тем, чтобы на углях не возрождался огонь и не обугливал мясо. Однако, не бедное, хотя достаточно скромное воображение рисовало перед мысленным взором стационарное надворное строение, состоящее из удобного разделочного стола и добротного мангала, сваренного по хорошо продуманному проекту, установленного на оптимальной высоте, оборудованного зонтом для отвода дыма… Уже и место для мангало–грильного блока было подобрано: он будет примыкать к веранде — жарим мясо, рыбу и через перила передаём сидящим за столом едокам. Уже и карандаш начал робко, но осмысленно трогать бумагу, рисуя варианты железного ящика для углей, расположения в нём колосников и поддувала, крепления крышки и механизма её открывания–закрывания…

Попытка избежать очередного «изобретения велосипеда» и применить опыт любителей здоровой пищи, уже прошедших нелёгкий путь мангалостроительства дал неожиданный, но очень позитивный результат. Грянул гром: идея мангала преобразовалась в идею тандыра.

Читать дальше...

Тандыр, он же тонир у армян, он же тоне у грузин, он же танур у иранцев, он же тандур у индийцев и практически всего остального мира, является одним из древнейших видов печи. Говорят, что будучи изобретённым в Узбекистане, в результате «миссионерско–просветительской» деятельности Великого Хромого, тандыр распространился и очень органично прижился по всей Азии.

Базовая конструкция тандыра представляет собой вертикальный глиняный цилиндр, имеющий свод в верхней части (фото слева внизу). Такая форма позволяет использовать тандыр для очень многих целей: печь лепёшки и волшебного вкуса пирожки (самсу), жарить шашлыки и даже целых баранов (тандыр–кабоб). Для выпечки лепёшек на сводах используется также горизонтальный тандыр (фото справа внизу): им, несомненно, гораздо удобнее пользоваться, но часть полезной поверхности при этом становится недоступной — она занята углями и золой. Кроме того, в горизонтальном тандыре очень сложно, практически невозможно, решать иные кулинарные задачи. Есть ещё и промежуточное решение — наклонное исполнение, такое, как изображено на первой фотографии статьи, справа вверху (а вы подумали, что это мортиры?!): конструкция внешне необычная, но странная и малополезная, поскольку уже потеряла преимущества вертикального тандыра и пока не приобрела достоинства горизонтального.

Своеобразной вариацией на тему горизонтального тандыра является традиционная печь для пиццы , которая удивительным образом повторяет форму своего азиатского родича.

Она называется помпейской или неаполитанской, или тосканской печью (изображена на фото справа). Впрочем, первое название наиболее употребительное. Вряд ли конструкция этой печи навеяна тандырными идеями, поскольку в ней используется кардинально иной принцип тепловой обработки: если тандыр «работает» на жаре нагретых стенок (после полного прогорания дров и углей), то в помпейской печи пицца готовится рядом с горящим на поде огнём.

Ещё один близкий родственник и помпейской печи, и горизонтального тандыра — русская печь: аналогия, по–моему, более, чем очевидна. Но и в этом случае наблюдается принципиальное отличие в способе кулинарного использования. Хотя русская печь и может работать в обоих режимах — и на открытом огне, и на жаре от нагретых стенок — всё–таки, больше всего она знаменита именно «безогневым» режимом. Большая теплоёмкость и тепловая инерция русской печи создаёт идеальные условия для «томления», мягкой тепловой обработки продуктов.

Современное тандыростроение предлагает невероятное разнообразие форм, размеров и материалов. Тандыры кладут из кирпича, лепят из цемента, гнут из металла, их делают переносными и стационарными, ставят на постаменты и закапывают в землю, в одни можно засунуть одновременно несколько баранов, в другие — не больше 3–4 шампуров…

Ниже представлены некоторые варианты исполнения и использования тандыров:

В результате кропотливого сравнения преимуществ и недостатков различных версий и модификаций тандыров и родственных им помпейских печей (рассматривались также и «древне–арийские» печи, которыми пользовались до появления изобретателей тандыра), было решено остановить свой выбор на стационарном хорошо утеплённом глиняном тандыре, оборудованном надёжным устройством дымоотвода и огнезащиты.

Исходная конструкция дымосборника представляет собой прямоугольный пирамидальный стальной зонт 3×1300×1300 (поз.1 на эскизе слева), обвязанный по низу стальным уголком 63×63 мм (поз.2), воронкообразный зуб (поз.3), кронштейны для крепления зуба (поз.4) и дымовая труба ∅250 мм (или 250×250 мм).

Газовый порог, известный также как зуб, предназначен для предотвращения обратной тяги в дымоходе.

Поскольку мой тандыр будет находиться в опасной близости от деревянных конструкций веранды, необходимо предусмотреть надёжную защиту от бесконтрольного распространения искр и пламени. Для борьбы с искрами в дымоходе устанавливаются металлические сетки–рассекатели. А для защиты навеса и стоек верандЫ от пламени во время розжига тандыра — огненный факел достигает заметной высоты — планируется сконструировать подъёмник дымоуловителя, чтобы во время розжига тандыра зонт плотно примыкал к верхнему отверстию печи, а затем мог подниматься, эдак, на 700–1000 мм (после разогрева тандыр не испускает ни огня, ни искр).

Кроме неотъемлемо присущей тандырам (как вертикальным, так и горизонтальным) способности выпекать на своих сводах лепёшки, лаваши, нааны и самсу, на дополнительных перекладинах можно размещать шампуры или решётки с мясом, рыбой, морепродуктами, овощами и, таким образом, готовить шашлыки и барбекю — благодаря равномерному распределению тепла по всему объёму тандыра, отсутствию открытого огня и поддержанию постоянной влажности (закрытые крышка и поддувало прекращают газообмен с внешним миром) блюдо получается сочным и равномерно прожаренным. Можно, также, устанавливать в тандыре дополнительные подставки для казанков или противней с пиццей. Хорошо утеплённый тандыр будет очень долго держать тепло и по своим особым возможностям сравнивается с русской печкой, то есть открывает реальную перспективу приготовления «томлёных» щей и подобных им блюд. В общем, всё в одном: и тандыр, и мангал, и гриль, и помпейская печь, и русская печь.

Осталось только построить.

P.S. Пока разбирался с проблемой, собрал неплохую коллекцию ресурсов по тандырам — может быть, кому–нибудь тоже окажется полезной.